Свет, который сияет. Знакомство с квакерами

Как писал Уильям Пенн:

Не мнение, не рассуждение, не какое-то выражение делает человека истинно верующим или истинным христианином. То творит покорность ума и действий воле Божьей, согласие во всей святости поведения с указаниями сего священного источника света и жизни в душе.

Как считали ранние квакеры, церковь времён Нового Завета состояла из людей, имевших личный, непосредственный опыт того, что они называли Божьей спасительной силой. Люди эти жили соответственно такому опыту, и именно он, а не интеллектуальное согласование с доктринами, имел для них значение.

Ранние квакеры полагали, что их личная, религиозная вера той же природы, того же происхождения. Они утверждали, что возрождают первозданное христианство и, как и их духовные предшественники, являются детьми Бога. Кроме того, они чувствовали, что другие церкви того времени потеряли непосредственное ощущение Бога по причине разрастания казёнщины, небиблейских доктрин, а также взаимного насильственного притеснения различных группировок.

Уильям Пенн подписывает договор о дружбе с индейцами. Изображение из ротонды вашингтонского Капитолия.

Что же тогда является основой Религиозного общества Друзей? Я отвечу на это так. Во всех людях на земле есть созидающая, любящая сила. Многие называют ее Богом, хотя она выше всяких слов. Каждый может почувствовать эту силу, если прислушается к тому, что подсказывает ему сердце.

Квакеры полагают, что лучше всего услышать эти подсказки, ощутить эту силу они могут в тишине своих собраний.

В молчании они слышат тот тихий голос, который ведет их по жизни. Такое спокойное ожидание Бога даёт им силу для шага обратно, в суету жизни, даёт силу для того, чтоб быть полезным для собратьев.

Бог может быть найден не в церковных организациях, не через священные страницы книг, а в сердцах людей. Для большинства квакеров образцом такой встречи с божественным и его преображающей силой в повседневной жизни является Иисус из Назарета, его жизнь, его учение, его смерть и влияние этой смерти на других.

Весь остаток моей книги есть лишь комментарий к этим убеждениям.

Как люди, мы можем чувствовать удовлетворение от своих взаимоотношений с этой силой, как бы мы ни называли её. Она придаёт смысл и цель нашему существованию. Она есть основа, центр нашего единства. Тот факт, что она затрагивает все стороны человеческого бытия, привел квакеров к утверждению, что жизнь не может быть разделена на категории «священная» и «мирская».