Аленький цветочек для чудовища

И что теперь с этой дипломированной делать, если она работать не хочет!

Чувствуя, что ей сейчас изрядно нагорит за сестрицу, Полина поспешила удрать от злых теток. Она поднялась в кабинет заведующей, которая встретила ее приветливо, но чуточку настороженно.

– Как там Верочка? Надеюсь, все у нее разрешилось? Больше ее жизни опасность не угрожает, и мы скоро увидим нашу музыкантшу?

Похоже, заведующая была единственной, кто был в курсе всех дел Веры.

– Если вы имеете в виду покушения на жизнь сестры, то преступник до сих пор не пойман.

– Ой, какой ужас! – побледнела заведующая. – И сколько же этого негодяя будут еще ловить? Потому что вы нас тоже поймите, и пусть Вера поймет, я ей очень сочувствую, никому в коллективе даже не сказала, по какой причине я дала ей отпуск, но все-таки я не ожидала, что это так затянется. Вера просила сначала о нескольких днях за свой счет, потом речь пошла о неделе, теперь ее нету уже вторую неделю. И в ближайшее время мы ее не увидим, правильно я понимаю?

– Сегодня утром Вера уехала на катафалке.

Заведующая побледнела еще сильней.

– Простите! Я же не знала! Примите мои соболезнования.

И прежде чем Полина успела сказать, что Вера жива, а катафалк не более как таинственный атрибут, заведующая уже закручинилась о своих делах горьких:

– Значит, правильно я чувствовала, придется нам нового музыкального работника искать. Надо же, какая незадача! Учебный год уже начался, обычно такие рокировки во время каникул делают. Что же Верочка так неудачно…

Она осеклась и виновато взглянула на Полину.

– Вы меня простите. Просто со всеми этими хлопотами голова идет кругом. Иногда уже не соображаешь, что говоришь.

– И вы меня тоже простите, потому что я неправильно выразилась. Вера не погибла. А на катафалке ее увез ее знакомый. Некто то ли пастор Петер, то ли Учитель. Она вам ни о ком из них не рассказывала?

– Нет. У нас с ней были не настолько доверительные отношения. Хотя… Знаете, многие в коллективе очень негативно восприняли тот факт, что Верочка вот уже сколько времени не появляется, больничный у нее не оформлен, грубо говоря, прогуливает она.

– Ничего себе! – возмутилась Полина. – Тут человека убить пытались! Всем тем, кто против Веры говорит, так бы отдохнуть!

– Тише, тише! Я же все понимаю. Просто в коллективе всегда есть место какой-то ревности, зависти. Одни считают, что я даю больше часов и ставок своим любимчикам. Другие считают, что я к ним несправедливо придираюсь.