Аленький цветочек для чудовища

Вера же сказала, что ее одной будет достаточно, двух сестер другие девочки могут и не выдержать, потому что конкуренция за главные партии в хоре была жесткая, на всех их не хватало, а Клавдия упорно отдавала все сольные номера одной Вере. Упрекнуть ее за это было нельзя, голос у Веры и впрямь был чудесный. Высокий, чистый, когда она пела, казалось, что звук поднимается к самим небесам.

У других девочек таких выдающихся вокальных данных не было. Тем не менее все они тоже претендовали на выступление соло. Быть на подпевках никто не хотел.

Всех в хоре охватила какая-то непонятная мания величия. И это положение чрезвычайно тревожило Веру на протяжении уже нескольких лет. Особенно остро вопрос поднялся после того, как Вера училище закончила, но из хора так и не ушла. А значит, не освободилось и вакантное местечко солистки. Вера по-прежнему собиралась выходить впереди всех на сцену, и овации хотела собирать тоже она.

– Вот ты и дома!

Полина очнулась от своих мыслей и взглянула на улицу.

Знакомый двор. Знакомые стены. А вот и окна их квартиры.

– Ой! – спохватилась девушка. – А почему у нас свет горит?

– Где?

– У нас в квартире в окнах горит свет.

– Может, ты забыла выключить перед уходом?

Полина покачала головой. Чтобы она забыла выключить свет, такое было маловероятно. Хотя бы и убегала она в большой спешке, но выключен ли газ, вода и свет – это она проверяла на автомате. Точно так же, как смотрела, не оставлен ли включенным утюг. Единственный свет оставался в комнате с фиалками, там фитолампы горели по двенадцать часов в день.

Но окна бабушкиной комнаты выходили на другую, северную сторону дома. А сейчас свет горел в окнах бывшей комнаты родителей, которую после их отъезда заняла Полина.

– А в своей комнате я свет даже не включала сегодня. Как встала, сразу на кухню пошла.

– Может, твоя сестра вернулась?

Это предположение Полину обрадовало.

– Вот было бы хорошо! Ну, я побегу!

Но когда она вышла из машины, то обнаружила, что Женя стоит рядом с ней.

– Ты чего?

– С тобой пойду.

– Провожать меня не нужно, – замялась Полина.

– Это уж ты позволь мне решать, что нужно, а что не нужно, – мягко, но непреклонно заявил в ответ юноша. – Если там вернулась твоя сестра – это хорошо, поздороваюсь, откланяюсь и уйду. А если там кто-то другой?

– Кто? Родители? Они бы сообщили о своем прилете.

– Поправь меня, но ты говорила, что на твою сестру уже были покушения?

– Да.