Ателье царских прикидов

Но чтобы привести Свету в чувство, нужно было знать один ее маленький секрет.

– Сейчас все будет нормально! – И с этими словами Мариша быстро извлекла из кармана предусмотрительно захваченный ею из дома пузырек с духами «Красная Москва».

От запаха духов Света пришла в себя почти моментально. Она открыла затуманенные очередным обмороком глаза и посмотрела мимо Мариши, куда-то в сторону.

– Папа! – произнесла она.

И в голосе прозвучало такое страдание, что Мариша тоже взглянула в ту сторону. И увидела накрытое белой простыней тело, к которому ползла Света.

Доползти ей не удалось, перехватили по дороге. Может быть, оно и к лучшему.

– Что тут случилось? – спросила Мариша у ментов.

– Зверь задрал ее папашу.

– Зверь?!

Мариша изумленно осмотрелась по сторонам. Какой еще зверь? Они находятся в центре цивилизованного пригородного района. Того и гляди, каменные высотки по берегам залива ставить начнут. Какие уж тут дикие звери?

– Медведь постарался, – пояснил мент.

– Медведь? – переспросила Инна, вспомнив разговоры людей на улице.

 – Так Мишка – это на самом деле медведь?

– Ну да. Так они его звали. Михаил Потапович. А сокращенно – Мишка.

Но в этот момент Света снова начала рыдать, и подруг выставили из дома. Там они сразу же попали в плотное окружение соседей Виктора Сергеевича – отца Светы. От них подруги и узнали ужасающие подробности произошедшего. Оказывается, Светин отец был страстным охотником. И свой последний перед болезнью трофей – годовалого бурого медведя – он привез домой.

– Пусть у нас в доме живет.

Дочь пришла в ужас от этого экспоната. Медведь показался ей злым, жестоким и очень коварным зверем. Его маленькие глазки злобно поблескивали из клетки, куда его посадили. Но отец только посмеивался над страхами дочери.

– Известное дело, девка, ты и есть девка. Не охотник, одним словом! Маленького медвежонка боишься!

Света только вздыхала. Мишка не казался ей таким уж маленьким. Даже напротив, он был очень крупным медвежонком.

И со временем вырос еще больше. Никакой привязанности к своему хозяину он не испытывал. И как всегда казалось Свете, просто терпел присутствие человека.

Жрал он много. Вонял ужасно. И главное, Свете все время чудилось, что зверь вырвется из клетки и натворит в доме бед. Так оно и случилось. Недаром говорят: любящее сердце – вещун. Вот и Света предвидела ужасную смерть своего отца, которую тот принял от когтистых медвежьих лап и его клыков.