Бабы Али-Бабы. Ночь любви в противогазе

Что отец выделил Али некоторую сумму наличными и пожелал, чтобы Али никогда больше не переступал порога отчего дома.

Али деньги взял и на эти деньги открыл «Чайный дворик», который приносил ему неплохой доход. И с тех пор с родителями не общается, их деньгами не пользуется, целиком обеспечивая себя за счет доходов от ресторана.

Это Таисия совершенно точно знала от их бухгалтерши Ниночки.

Наверное, в детстве и юности Али терпел много строгостей и запретов от своих родителей. И поэтому, став взрослым, пожелал побыстрее отделиться от них.

Но кроме того, тот ребенок, который продолжает жить в душе каждого из нас, не остановился на достигнутом и продолжал бунтовать. Алена и ее образ жизни стали своего рода вызовом Али для его по-пуритански воспитанных родителей.

Все это Таисия обдумала и снова вернулась к своим мыслям:

– Значит, никто из вас не видел сумку Алены?

Проклятая сумка! Она никак не шла из головы у Таисии.

Она даже следователю сказала о сумке, но он почему-то отнесся к ее словам со странным равнодушием.

Впрочем, что с него взять? Мужчина, он и есть всего лишь мужчина!

– Сумка… Да что сумка? Главное ведь у нас есть. Паспорт покойной – вот он! Значит, будем оформлять по всем правилам.

Таисия даже поразилась, как можно так легко отбросить важнейшую улику! Ведь сумка каждой женщины – это полное отражение ее самой. Вещи, которые женщина носит в своей сумке, могут рассказать о ней больше, чем зачастую может сказать муж или родная мать!

Сумке доверяют самое сокровенное, начиная от шоколадных батончиков и заканчивая трубочками для курения гашиша.

Сумка знает, как часто у вас бывает секс, поскольку именно к ней вы обращаетесь в момент острой нужды за презервативами. И конечно, одна только сумка может сказать, с кем у вас на вечер назначено свидание и сколько косметики вы перед этим свиданием положили себе на лицо!

И Таисия знала, если она найдет сумку Алены, то найдет и ее убийцу! Ну или, по крайней мере, того, кто интересовался содержанием полученных Аленой таинственных бумаг и переданного ею конверта.

Впрочем, мысли о сумке оставили Таисию уже на следующий день. Когда на негнущихся коленях она – невыспавшаяся и несчастная – приползла все же в ресторан, то ее ждала на самом видном месте та самая ярко-красная сумка. Таисия даже глаза протерла, ожидая, что сумка растворится в воздухе и окажется, что это всего-навсего галлюцинация, вызванная бессонной ночью и постоянными мыслями о ней.