Феечка во френдзоне

У девушек при виде него расширяются зрачки, замедляются движения, а язык непроизвольно облизывает губы.

– Охотишься? – я выдерживаю взгляд упыря. С трудом.

– Ни в коем случае. Я тоже выгуливаю бабочек. У меня свои бабочки. Я законопослушный член магического общества, глава клана, а это большая ответственность. Так и передай Стасу и остальным дозорным.

Алик быстрым движением приманивает с ближайшего столика соломинку для напитков в бумажной обертке. Срывает пальцами обертку и резким жестом «всаживает» трубочку во что-то невидимое.

По соломинке поднимается нечто искрящееся, с пузырьками. Вампир втягивает это в себя и блаженно прикрывает глаза.

– Вожделение. Одна из самых вкусных человеческих эмоций, – с невинным видом сообщает мне упырь. – Поделиться с тобой, феечка? А вдруг тебе понравится, и ты оттаешь.

Я провожу взглядом по залу. Нахожу «сосуд», в которого всадил соломинку вампир. Это холеный мужчина с масляным взглядом. Он поигрывает золоченой зажигалкой и раздевает взглядом хорошенькую школьницу за соседним столиком.

По мере того, как Алик выпивает свою жертву, взгляд мужчины тускнеет. Вот он откидывается назад, зажигалка выпадает из руки, голова опускается на грудь.

Его не найдут, пока не спадут чары Алика. При благоприятном раскладе «донор» очнется сам, возможно, уже ночью в пустом торговом центре. И хорошо, если отделается парой часов без сознания, а не микро-инсультом.

Эмоции – не кровь, но через них выпивается жизненная сила.

Ежегодно сотни людей в нашем городе вот так тихо лишаются эмоций и сил, а затем медленно, месяцами восстанавливаются, виня вирусы и резкую смену погоды.

Дозор не может отследить все случаи эмоционального вампиризма.

Эмоции – не кровь. Они ее никогда не заменят.

– Вернемся к твоему вопросу, – шепчет Алик. – Чего я хочу? Я хочу… тебя. Нет-нет, не пугайся, это деловое предложение, почти. Поработай со мной, Машенька. Мне сейчас очень нужна удача.

– Дорецкий, – выдавливаю я. – Опять двадцать пять? Тебе каким языком объяснять? И сколько раз? Нет, нет и нет.

– Ну почему? – обиженно тянет упырь. – Из нас бы вышла такая прекрасная пара. И не только в плане работы.

– Твой гарем не обидится?

Для вампиров вожделение – самая вкусная из человеческих эмоций. И поглощать ее можно не только через трубочку, но и другим, хм, традиционным способом.

– Мои бабочки – девочки разумные и послушные. Ради обращения потерпят. Кстати, я почти полностью обновил контингент.