Бонус для монсеньора

– Пила?

– Не… Наверное, да.

– Курила?

– Это да! – воскликнула Леся, вспомнив упавшую на пол полную пепельницу.

Окурки до сих пор были разбросаны по всему полу. Однако следующий вопрос врачей заставил подруг насторожиться.

– А что именно она пила или ела перед смертью?

Ах, какой скверный вопрос! И что им сказать? И вообще, почему они интересуются этим?

– Дело в том, что нельзя также исключать и версию отравления, – заявил один из докторов. – И посему…

Подруги, увы, прекрасно знали, что последует за этим «посему»… Разумеется, врачи вызвали ментов.

А те, в свою очередь, принялись ставить всех с ног на уши. И когда они узнали, что Светлана и покойница длительное время не могли поделить между собой одного мужчину, восторгу их буквально не было предела. Напрасно Светлана пыталась им втолковать, что они уже все решили, поделили, и больше передела быть не могло. Менты лишь скабрезно ухмылялись. И в конце концов предложили Светлане проследовать за ними.

– А вы посидите пока тут! – предупредил подруг один из оперативников, заметив, что девушки также направляются к двери.

 – И подождите!

Чего им следовало ждать и, главное, сколько, он не уточнил. Но подруги послушно остались, не рискуя навлекать на себя гнев правосудия. В квартире оставалась и мать Марины. И трое ее детишек, которые по малолетству ничего не понимали.

Бабушку, как выяснилось во время беседы, звали Галиной Петровной. Она где-то раздобыла новый слуховой аппарат и теперь более или менее успешно могла участвовать в общей беседе.

Только говорить ей следовало погромче. Иначе старушка путалась, и получалась несуразица.

Менты быстро смекнули, что если яд попал в организм жертвы незадолго до смерти, значит, угощалась она вместе с гостьями. А так как все остальные пили вино и только Марина – ликер, скорей всего яд был подмешан именно в бутылку с ликером. Услышав это, Галина Петровна горестно взвыла.

– Все наши беды из-за ейных мужиков! – убивалась старушка. – Говорила я Маринке, не доведут они тебя до добра.

Один сразу тройняшек заделал. Второй чуть со свету не сжил. И теперь вот.

– А что теперь?

– А вот, пожалуйста! Притащил кто-то из ее хахалей этакую дрянь! Бутылка вроде бы красивая, а на деле что – отрава.

Очень интересно. Насколько могли судить подруги, когда Марина открыла им дверь, она была явно не при параде. Неужели она в таком виде и любовника принимала? Очень странно. Но любая версия требует отработки.