Босиком по стразам. Жертвы веселой вдовушки

Но лично у меня нет и не было никогда сомнений в том, чей ребенок вышел из ее утробы. Я достаточно повидала младенцев Альма, чтобы точно сказать: родившийся ребенок тоже из их проклятого рода!

Точно! Джоан еще в самом начале их знакомства оговорилась о том, что роды ей помогала принимать служанка по имени Розалия. Потом она сказала, что это была служанка их соседей. Но на самом деле Розалия была доверенной служанкой сеньора Альмы – отца новорожденного мальчика!

– Но Слава… Как же он принял чужого ребенка?

– Джоан нашла себе не мужчину, мальчика.

Он влюбился впервые в жизни в женщину опытную и недобрую. Она внушила ему мысль, что беременна от него. Но мне-то она могла не рассказывать эти сказки. Сеньор Альма тоже не сомневался в своем отцовстве. Иначе с какой стати ему было помогать Джоан?

– А он помогал?

– Квартира, в которой живет Джоан с сыном и мужем, как думаете, чья она?

– Ну… Джоан купила ее…

– На зарплату учительницы? Не смешите меня.

– Она сказала, что они с мужем копили много лет, чтобы выплатить долг банку.

– Не знаю, что она вам сказала, эта квартира всегда принадлежала семье Альма. Старый сеньор подарил ее своей любовнице и своему сыну. То, что она лгала вам и мужу, значения не имеет. Сейчас мы будем говорить правду. А правда такова, что Костя – это сын старого Альмы. И, насколько я понимаю, он один из наследников на состояние старого греховодника.

Вот оно в чем дело! Теперь у подруг на многое открылись глаза. Смерть старого сеньора, исчезновение Кости – его наследника, смерть Славы, который, видимо, прознал про тайну рождения Кости.

– Это я сказала ее мужу правду, – спокойно произнесла Розалия. – Пришла к нему в дом и сказала, что его сын вовсе не его.

– Но зачем? – поразились подруги. – Зачем вы это сделали? Ведь столько лет прошло, Слава воспитывал Костю как родного…

– Может, оно и так. Мне тоже показалось, что он искренне привязался к мальчику. Так переживал, все не хотел верить в то, что Костя не его ребенок. Но дело не в нем, к нему у меня злобы не было, дело в ней.

– В ком? В Джоан?

– Да. Я знаю, она хотела использовать своего сына, иначе она не рассказала бы мальчишке правду о его рождении.

– Что? Костя знал правду? Знал, что его отец не Слава, а старый сеньор?

– Она сказала ему. Я уверена.

– Но зачем?

Впрочем, задавая этот вопрос, подруги уже и сами знали ответ на него. Джоан не хотела, чтобы Костя упустил в своей жизни шанс стать наследником сеньора Альмы.