Бриллианты в шоколаде

 – Настя тебя, дармоеда, на себе тащит! Наверное, обидел ты ее, вот она и ушла!

– Среди ночи!

– Ах, так ты домой среди ночи вернулся! – тут же взъярилась на него теща. – И еще удивляешься, почему Настя на тебя обиделась?

– Я ее не обижал!

Егор хотел сказать, что среди ночи или даже под утро он возвращается частенько, и Настя всегда воспринимала это нормально, но каким-то внутренним чутьем почуял, что эта информация для его тещи будет явно лишней.

– Звони ей! Извиняйся.

– Не могу! Она телефон дома забыла.

Теща закрыла рот и уставилась на Егора. В ее мозгу происходил бурный мыслительный процесс, и постепенно до матери Насти доходила вся серьезность положения.

– И давно, говоришь, Настя ушла из дома? – спросила она у него.

– Ну… ночью.

– И до сих пор не возвращалась? – побледнела теща.

Егор помотал головой, с тоской понимая, что сейчас все пойдет по слишком хорошо знакомому ему сценарию. Всякий раз, когда его теще что-то не нравилось или ей казалось, что дела идут не так, как ей нужно, она ложилась и принималась умирать.

Натуральным образом вызывала врачей, стонала, жаловалась на давление, стенокардию и прочие сопутствующие болячки. И что самое интересное, у нее появлялись и стенокардия, и давление, и сосудистый спазм, чего в другое время ни одно обследование никогда не показывало.

– Умираю! – стонала теща, падая на руки Егора. – Доченька! Любимая! Единственная! Неси меня на диван, подлец ты этакий!

– Хорошо.

– Звони отцу!

Примчался с работы спешно вызванный тесть, и стало еще хуже. Родители накинулись на Егора теперь уже вдвоем.

– Погубитель! Доверили тебе свое сокровище, а ты не уберег!

– Подонок! Довел девчонку, что она от тебя среди ночи из собственного дома вынуждена была бежать!

Одним словом, когда Егор спустя час вырвался из этого дома, он чувствовал себя так, словно его высосали два жадных вампира. Не чуя под собой ног, он поднял руку, и только когда возле него затормозила серебристая «реношка», он сообразил, что денег у него для того, чтобы расплатиться с шофером машины, нет.

Пришлось тащиться на метро, потом от метро топать пешком. Домой Егор вернулся бледным, у него зуб на зуб не попадал, да еще во дворе он столкнулся со своим соседом – дядей Лешей.

Дядя Леша слыл у них в доме любителем и ценителем женского пола. И видимо, в какой-то мере чувствуя в Егоре родственную душу, благоволил к нему.