Царевна золотой горы

Да, он был не особо красив, не особо умен и не особо обаятелен, но зато он благородно надирался в баре в полном одиночестве, пока его жена развлекалась по-своему. Он не сделал ни малейшей попытки склеить Маришу. Он просто изливал ей душу, как излил бы ее любому другому, кто бы оказался рядом с ним в этот момент.

– Как он там? – встревожилась Мариша. – Не простудился ли? Надо бы его проверить!

Но стоило ей принять это решение, как возле нее возник Борис.

– Ну что? Приходишь в себя после бурной ночи?

– Бурной? – удивилась Мариша.

 – Ночи? О чем ты?

Но Борис не ответил. Он как-то странно скосил глаза и шмыгнул прочь. Зато рядом с Маришей возник ее собственный муж.

– Кто этот тип? – угрюмо поинтересовался у нее Смайл. – Что ему от тебя было нужно?

– Так… Ничего. Спросил, который час.

– У него что, своих часов нету?

– Наверное, нет. Да какая тебе-то разница?

Смайл промолчал, а затем спросил:

– Чем займемся?

Вообще-то, сегодня была предусмотрена остановка на острове Валаам с посещением самого крупного мужского монастыря Северо-Запада.

Монастырь славился своим строгим уставом и почти полнейшим исключением женского пола из жизни монастырской братии, что Мариша считала полным абсурдом. Если уж идешь в монастырь, будь готов к тому, чтобы противостоять всевозможным мирским соблазнам. А прятаться от них за монастырскими стенами – это не подвиг, а трусость!

Женщины на острове, к примеру, не имели права даже в некоторых местах переступать порога скитов.

Дело доходило до того, что они приходили к порогу скита, выполняли снаружи те работы, в которых была нужда монахам – преимущественно это была заготовка и варка ягод, грибов и прочих лесных даров впрок на зиму, для долгих зимних постов. Потом оставляли приготовленные банки и уходили. Монахи появлялись лишь после их ухода.

Тем не менее сам остров был великолепен. Мариша бывала тут еще в те времена, когда монастырь состоял из парочки скромных, наспех покрашенных скитов и развалин основного монастырского каре с главным храмом.

Тогда монахов на острове было от силы полтора десятка. Теперь же их количество увеличилось многократно.

Хорошо это или плохо, когда столько здоровых и дееспособных мужчин живут обособленно, не принося никакой пользы государству, Мариша сказать не бралась. Но, с другой стороны, если они не приносят пользы, то ведь и вреда от них никакого нет?

У каждого свой путь в этой жизни и свой разговор с Богом.