Цветочное алиби

Но в том-то и беда, что со следующей версией у Мариши выходила заминка. Нет, в голове имелось множество идей, но все какие-то малопродуктивные. Не желая признаваться в этом доверившейся ей девушке, она сказала:

– Сейчас поедем ко мне домой, отдохнем, согреемся и перекусим.

– Да, перекусить бы сейчас не мешало, – согласилась Аю.

Таким образом, известие о том, что тело госпожи Серовой нашли на двадцатом километре Мурманского шоссе, в лесу возле бесплатной парковки, девушки пропустили. Они сидели у Мариши в кухне и от души закусывали горячими свиными котлетами с зеленым салатом.

Котлеты приготовил Смайл, ставший уже к этому времени благодаря жене отличным кулинаром. А салат настругала Аю, сказав, что это вполне сносный вариант национального вьетнамского блюда.

– Только вместо сладкого перца туда идут молодые побеги бамбука. Но с перцем, честно говоря, еще лучше.

– Точно, лучше. А столько соку откуда?

– Растительное масло, соль, и все энергично мешать, мешать и мешать.

Вот сок и появится сам собой.

Смайл тоже был дома. И как раз собирался присоединиться к трапезе. Как вдруг раздался тот самый телефонный звонок, после которого всем стало уже не до еды. Звонил Геннадий Карлович. И голос у него был до того убитый, что Смайл его даже не сразу узнал.

– Рину нашли! – сообщил Геннадий Карлович, едва не плача в телефонную трубку. – В лесу! Мертвую! С удавкой на шее! Менты говорят, что ее сначала задушили, а потом перенесли или перевезли в лес.

– Какой ужас!

– Бедная Рина! Толя в ужасном состоянии! Я просто боюсь за него!

– Толя – это…

– Муж нашей Риночки! Он так тяжело воспринял известие о ее смерти.

Я даже боюсь оставить его одного. Приезжайте, а?

– Мы?

– Именно вы! – воскликнул Геннадий Карлович. – Смайл, ты что, забыл? Твоя жена взялась за это дело, чтобы сохранить нашему ресторану доброе имя! А убийство хозяйки – это же несмываемое пятно на нашей репутации! Хуже не бывает!

Упрашивать Геннадий Карлович был большой мастер.

И не прошло и десяти минут, как Смайл, сначала не желающий впутывать жену в новое опасное дело, засомневался. А еще через пять начал мямлить нечто вроде того, что он лично и не против, но вот сама Мариша как-то не очень. А еще через пять дал свое твердое согласие подъехать домой к господину Серову и привезти с собой жену, чтобы та из первых уст узнала о случившейся трагедии.

Аю тоже взяли с собой. Ведь завозить ее домой было уже некогда.