Цветочное алиби. На шпильках по джунглям

Просто тихо лежала в кровати и смотрела в потолок.

Если бы Мариша умела читать мысли, то она бы удивилась тому, насколько далеки сейчас были мысли Аю от этого дома, от этого места и от произошедшего убийства. Ведь едва проснувшись, Аю снова вспомнила ЕГО. Просто проклятие какое-то! Аю даже разозлилась на себя. Она ведь специально приняла приглашение Геннадия Карловича погостить в доме его убитой сестры и бывшей хозяйки Аю. Приняла, несмотря на то что это было отчасти предательством по отношению к оставшемуся дома и явно скучающему по ней Клоуну.

Приняла это приглашение только потому, что надеялась: на новом месте, в новой обстановке, она перестанет думать о НЕМ. И что же? Извольте радоваться, едва проснувшись, она уже снова думает о НЕМ.

Лишь усилием воли Аю заставила себя сосредоточиться на том, что казалось ей действительно важным.

– Ты заметила, какие в этой семье странные отношения? – спросила она у Мариши.

– Да уж, дружескими я бы их не назвала.

– Дружескими! Да они готовы буквально съесть друг дружку! Удивительно, как это у них раньше не случилось убийства.

– Думаешь, Рину действительно кто-то из них придушил?

– Конечно! Одна эта сводная сестрица, как ее там, Сима чего стоит!

– Ага. Она явно ненавидела Рину. Как думаешь, почему?

– А чего тут не понять? Во-первых, по характеру она гадина. А во-вторых, завистливая гадина. У Рины были деньги, а у нее их нет.

– И красота.

– Отсюда и ненависть.

– Нет, – покачала головой Мариша. – То есть да. Но думаю, тут есть еще что-то.

– И что?

– Какая-то личная вражда. Застарелая обида.

– Какая обида?

– Пока не знаю. Но обязательно нужно будет это узнать.

Аю, поднявшись в постели на локте, поманила к себе Маришу.

– Иди сюда! Мне нужно тебе что-то сказать.

– Ну?

– Мне кажется, что подозрительней всех вел себя вдовец.

– У него алиби, – тоскливо напомнила ей Мариша. – И вообще, почему подозрительно?

– А вспомни, как он окрысился, когда эта Сима попыталась распоряжаться в доме? Сразу же дал всем родственникам своей жены понять, что они тут больше не нужны.

Могут убираться вон. Он им прямо так и заявил! Ты что, не помнишь?

– Помню, как не помнить.

Аю вытянула стройные смуглые ножки из-под одеяла и опустила их на пол.

– Хватит валяться, – заявила она. – Нужно начинать действовать.

– И с чего начнем?

– Надо поближе познакомиться со всеми обитателями этого дома. Например, слуг мы вчера так и не увидели.

Аю была совершенно права.