Берегись свекрови! Стучат – закройте дверь!

– Игорь меня оберегает! – встала на защиту супруга Леночка.

– Ага! Оберегает и защищает. И потому оскорбляет тебя всячески.

– Он нервничает.

– А когда он тебя колотить начнет, что ты скажешь? На работе муженек переутомился? Кстати, где он у тебя работает?

– Я не знаю, – покраснела Леночка.

Мариша уже стала уставать от всех этих вопросов, на которые любая нормальная женщина ответила бы, не задумываясь. А Леночка спотыкалась на каждом шагу. Кем работает ее муж? Чем занимается ее брат? Есть ли у нее еще другие родственники? Где родились ее дети? Кто был ее отцом и был ли у нее отец вообще? А если был, то где он сейчас? Жив он или уже умер?

И на все эти вопросы ответов у Леночки не было.

А ее родня по какой-то причине не желала помогать Леночке воссоздать полную картину ее жизни. Ей не сообщили очень многого. И больше того: сделали они это не по недосмотру или упущению, а совершенно сознательно. По мнению самой Мариши, с Леночкой поступали и поступают до сих пор очень жестоко. Просто садисты какие-то, а не люди живут вокруг нее! Нелегко ведь жить, не сознавая, кто ты такая и кто есть окружающие тебя люди. А Леночка жила именно в таком информационном вакууме.

– Давай пока его соседей обойдем, – вздохнула Мариша. – Может быть, они расскажут нам, куда делся Антошка.

Первая же соседка, проживавшая напротив квартиры Антона, подарила девушкам шикарный вариант свидетельницы. Это была крепкая еще бабка с хитрым взглядом бегающих маленьких глазок. Бабка не понравилась подругам с первого же взгляда.

Они ей – тоже. Но желание перемыть косточки соседу оказалось сильнее ее симпатий или антипатий. И бабка так и принялась сыпать своими секретами и подозрениями.

– Уехал. Куда, чего – не сказал. Прибежал, сумку схватил и снова убежал. Я как раз в магазин собиралась, у дверей с ним столкнулась, так он мне ни здравствуйте, ни до свиданья. Шмыгнул вон, и все дела!

– А от чего он убежал-то?

– Напуган был шибко.

– Напуган? Чем?

– Уж не знаю чем, а только я так поняла – убили у него кого-то.

– Убили?! А вы откуда знаете?

– Слышала. Вы не подумайте, что я подслушивала, стены у нас в доме картонные. Каждый звук слыхать.

Ага! Особенно если применить какие-нибудь доморощенные средства прослушки вроде приставленного к стене пустого стакана.

– И вы услышали, что Антон рассказывает про убийство? Кому? У него были гости?

– Один он живет. Дружок к нему заглядывает, а так – один. Ни родителей, ни детей, ни жены у Антона нету.