Циклоп в корсете

Собственно говоря, он был ненамного старше нас с Маришей – лет двадцати восьми, от силы тридцати. И выглядел он молодо, был отнюдь не изнурен работой и жизнью вообще. Мне показалось, что его волнует не столько измена жены, сколько ее возможный уход. А если бы он был уверен, что она, имея любовника, никогда не покинет своего законного мужа, то он был бы таким положением вещей вполне доволен.

Наконец Мариша закончила бормотать. Выплеснув на клиента по привычке немного воды из металлической чаши, которая сегодня заменяла кубок, и дождавшись, пока он перестанет отфыркиваться, она сказала:

– С этой минуты вы можете не беспокоиться за свою жизнь.

Но для закрепления результата я каждый день должна буду повторять заговор. Ваше присутствие не понадобится, но все эти вещи должны остаться у меня, – и она указала на монеты, щетку для волос и органайзер.

– Все? – забеспокоился мужчина.

«Ну вот, начинается, – вздохнула я про себя в своем шкафу. – И этому монет жалко, а ведь казался таким симпатичным».

Но оказалось, что на этот раз я ошиблась. Мужчине был нужен всего лишь органайзер.

– Шеф забыл его в машине, – пояснил он. – Но боюсь, что уже хватился.

– Ладно, хватит и одной странички, – великодушно разрешила Мариша, вырывая один из последних листков. – Любая вещь сгодится, лишь бы ее брал в руки ваш враг. Листок даже лучше, к нему никто другой не прикасался.

Осчастливленный шофер ушел, оставив у нас на столе семь николаевских десяток, семь польских монет с изображением какого-то Сигизмунда Второго, а также семь медных трехкопеечных монет.

Кроме того, от себя лично шофер добавил еще двести долларов и посулил столько же по истечении месяца, если Маришино колдовство подействует и он останется жив.

– Не надо, – попробовала запротестовать Мариша.

– Пусть, я так решил, – сказал мужчина. – Если вам не удастся мне помочь, то деньги мне все равно не понадобятся.

После этого он ушел, оставив меня сгорать от стыда в своем шкафу за то, что мы обманули такого доверчивого и щедрого человека, который к тому же был хорош собой.

В это время раздался звонок в дверь, оказалось, что это вернулся наш шофер.

– У меня есть только одна просьба, – сказал он Марише. – Вы только, ради бога, не обижайтесь, вроде я не верю в ваши силы, но если вдруг я умру – машина там на меня наедет или кирпич на голову, – то вы накажите, пожалуйста, моих убийц. Больше я ни к кому не могу обратиться, все другие решат, что у меня крыша поехала.