Дудочка альфонса. Шито-крыто!

А мужик с косичками все это время сверлил их спину внимательным взглядом. И, когда к нему присоединились бородатый и усатый, подруги не выдержали и пошли пешком.

Однако далеко они не ушли. Уже двумя этажами ниже их догнал незнакомый молодой человек с мощным бульдогом на поводке. Бульдог усердно тянул хозяина вниз. Но парень застыл рядом с подругами.

– Постойте, – еле слышно произнес он. – Мне нужно с вами поговорить.

– О чем?

– Я правильно понял, вы Веру ищете?

– Да. А ты ее знаешь?

– Она моя соседка.

– А Влад? – заволновались подруги. – Его ты тоже знаешь?

– Знал. Влад тут долго прожил. А потом они с Владом поссорились. Он от нее ушел. А Вера к себе этих охломонов троих поселила. Вроде бы они ее дальние родственники. Не знаю. Мне они не нравятся. Вера целыми днями работает, а они дома у нее собираются, водку глушат. Разве нужны молодой женщине такие родственники?

– Что? Все трое – и родственники?

– Откуда-то из Сибири, – подтвердил парень. – Во всяком случае, Вера мне так объяснила.

И тут до подруг дошло.

– Постой! Выходит, Вера тут живет?

– Ну да.

– И в Америку она не уезжала?

– А что ей там делать, в этой Америке? Вера в соседнем магазине продавщицей работает. Ей эта Америка без интереса. Там продавщиц и без Веры хватает.

– А нам этот, с косичками, сказал, что Вера в Америку уехала!

– Врал! – уверенно произнес парень. – Тут Вера живет. И девушка она хорошая. Только с мужчинами ей не везет. Сначала Влад этот ее дурака валял.

Ни хрена не делал, только бока целыми днями дома пролеживал. Вера его содержала. А теперь эти… За ее счет жрут и пьют! Родственники, называется! – В голосе парнишки слышалось самое искреннее возмущение. – Говорят, что они художники. Особенно этот Рам выпендривается. Ну, вы его видели, с косичками который.

– Так он художник?

– Выставки якобы у него там, презентации… Но я пока что ни одного его полотна нигде не видел.

– А зовут его Рам?

– Ну да. Так его зовут. Это тот, что с косичками на башке.

Когда я его первый раз увидел, вообще прибалдел! Но Вера говорит, что родственник он ее. Художник. Приехал. Неудобно ей теперь выгнать родственника на улицу. И друзей его тоже неудобно выгнать. – И, вздохнув, парень добавил: – Честное слово, я даже начинаю жалеть о тех времена, когда с Верой Влад жил. По крайней мере, он один был. А эти – сразу втроем Вере на шею сели. Нигде не работают. А жрут в три горла. То есть, каждый за троих.