Дудочка альфонса. Шито-крыто!

Конечно, он не курил. Кто бы ему разрешил растрачивать семейный бюджет, пуская деньги в буквальном смысле слова на ветер!

На секунду Кире даже стало жалко этого доброго безответного мужика, которого Вета, похоже, тиранила по полной программе. Но тут же Кира спохватилась. В семейной жизни тирания – это известное дело. Либо ты тиранишь, либо тиранят тебя. Так что подруга заняла правильную во всех смыслах этого слова позицию. С первых же минут супружеской жизни она взяла своего мужа в ежовые рукавицы и не думала его оттуда выпускать.

Коллекцию монет Кире удалось найти на самой верхней полке. Она была заботливо спрятана от всевидящего ока Веты. Видимо, Генка опасался, что жена, не разделяющая его хобби, когда-нибудь просто-напросто выкинет его драгоценную коллекцию.

– И совершенно напрасно опасался, – пробормотала Кира, разглядывая альбом с монетами. – Вета не из тех, кто раскидывается своим или чужим добром.

А монет у Генки оказалось много. На первый взгляд, около трех сотен. И если самая дорогая из них стоила всего четыреста рублей, могли ведь найтись монеты и по сто рублей, и по двести. Ну, пусть даже и по десятке. Все равно – деньги! А Вета деньги умела считать. Поэтому и к хобби Генки она относилась снисходительно. Во всяком случае, решительного «нет» она ему не сказала. И милостиво позволила коллекции сосуществовать с нею под одной крышей.

Но все же, ценного в его коллекции ничего не было. Ни золота, ни платины. Из серебра – одна маленькая копеечная монетка, еще царской чеканки. Но тоже не дорогая, датированная началом двадцатого века и стертая почти до тонкости фольги.

Просмотрев монеты, Кира задумалась. Кажется, на первый взгляд, между исчезновением Генки и исчезновением Влада не может быть ничего общего. Но если на это дело посмотреть под другим углом, то уже вырисовываются новые детали.

Но Вета и Леся, с которыми Кира поделилась своими мыслями, подняли идею подруги на смех.

– И какая тут связь? Один собирал собственную коллекцию, а другой свистнул чужую?! – прямо заявила ей Вета.