Дудочка альфонса. Шито-крыто!

Все вещи Влада, включая весьма ценные – часы, очень дорогой перочинный ножик, который Влад покупал при Вете, так что девушка знала его истинную стоимость, ноутбук и, самое главное, машина остались, можно сказать, у Веты. А вот сам Влад пропал.

– Обычно мужчины исчезают не сами по себе, а прихватив с собой значительную толику чужих накоплений, – сказала Кира. – У тебя лично что-нибудь пропало?

Вета отрицательно помотала головой:

– Нет. Да и что у меня могло пропасть? Старый, оставшийся еще с советских времен хрусталь? Столовые серебряные ложки? Какая-нибудь другая ерунда? Все на месте! Да и не стал бы Влад связываться с этим барахлом.

У него, знаете, столько денег!? Он за один перочинный ножик тридцать тысяч отвалил!

Кира с Лесей невольно ахнули.

– Тридцать тысяч?! Что же это за ножик такой?

– Не знаю. Какая-то японская фирма. Два стилизованных человечка. Ручки – ножки. Вместо огурчика – квадратик.

– А нож отчего такой дорогой?

– Сталь какая-то там особенная. Не тупится.

И все равно подруги не понимали, как можно отдать тридцать тысяч за такую ерунду.

Впрочем, у богатых людей свои привычки. И если Влад мог позволить себе заплатить эту цену, значит, он и вправду был очень богатым человеком.

– А чем он занимался? – поинтересовалась Кира.

И услышала неожиданный ответ:

– Ничем!

– Как это? – оторопела Кира. – Как это – ничем?

– Вот так! Ничем! Сидел дома целыми днями. Я – на работу, а он к полудню встанет, к трем часам приведет себя в порядок, а там уже и меня встречать можно.

Вета работала поварихой в одной небольшой фирме. Готовила обед на тридцать человек, ровно в час дня кормила им всех сотрудников, потом около часа мыла посуду. И была свободна до следующего дня. Все закупки для служебных обедов она делала раз в неделю. Для этого ей выделялась машина с водителем, на которой Вета и ехала на оптовый рынок, где все закупала без всяких чеков, что позволяло ей существенно удешевлять стоимость обедов и класть разницу себе в карман.

Зарплату она получала небольшую, всего лишь пятнадцать тысяч рублей.

Но умение ловко выкраивать копейку тут и копейку там помогало ей «набирать» еще одну свою зарплату. Так что, в общем и целом, Вета не особенно убивалась за свои деньги. И к тому же к трем-четырем часам дня она была уже свободна. Исключение составляли те дни, когда в фирме проводились корпоративные мероприятия. Но за них Вета получала отдельно. И тащила она с них и водку, и вино, и дорогие деликатесы.