К Библии от науки

Предположить и даже ясно представить себе мы можем все! И бабу Ягу, и Кота в сапогах, и Мальчика-с-пальчика, или даже нечто «всё-всё могущее». Более того, можем даже очевидцев найти, которые публично присягнут (если их доктора отпустят), что всё это лично и неоднократно наблюдали.

Что это может означать? Тут выводы могут быть самые разные. Но самый важный для нас, т.е. самый мудрый – это то, что предполагаем мы часто одно, а на практике имеем совершенно другое.

И это не страшно, что такое возможно.

Более того, именно так чаще и бывает. В конце концов, на то и опыт, чтобы проверить, насколько наша модель близка к истине.

Страшно другое – когда, не понимая или не желая понимать, что в голове у нас существует только одна из возможных моделей (версий) реальности, каждый отстаивает свою как единственно верную вплоть до мордобоя, поножовщины, а то и ядерного конфликта.

Теория

Конечная цель и желаемый результат понятийного моделирования – есть возможность предсказания результата взаимодействий изучаемых объектов.

Модель же, позволяющая предсказывать – и есть теория. Собственно, вся вышеупомянутая «удобность» понятий и определяется удобством описания взаимосвязей всякого понятия с другими, используемыми в объединяющей их понятийной системе – теории.

Мутно? Согласен. Но в словарях не проще. Потому рассмотрим понятие «теория» подробнее и в связи с самим процессом.

Некоторых это слово так настораживает, что они готовы пропустить текст, лишь бы не увидеть чего-нибудь недопустимо умного и не дай бог не перенапрячься.

Поэтому сразу возьмём быка за рога и спросим себя, – а кому и на кой нужна теория? Может можно и без теории? Просто. По жизни.

Так вот оказывается, нет. Никому, нигде и никогда нет. И даже животным. Пока нет теории, позволяющей хоть как-то судить о последствиях тех или иных поступков, невозможна никакая целесообразная (читай – разумная) деятельность.

Можно, конечно, наступить на грабли один раз. Ну, два… Ну, уговорили, – три раза.

Но ведь придётся же когда-нибудь и вывод делать. И вывод не только о граблях, а обобщать этот вывод и на другой инвентарь.

И иначе нельзя. Те, у кого не получилось, думается, просто вымерли вследствие хронической травмы черепа. Или не дали потомства, поскольку рукоятки у остального инвентаря обычно короче грабельных.

В этом смысле любое обобщение понятий, обеспечивающее мысленное предвидение возможных последствий – и есть теория.