Джинн из консервной банки

Если убийца слабее физически своей жертвы, то слишком велик риск, что жертва не ко времени обернется и успеет оказать ему сопротивление. И даже если все пройдет благополучно, то с ножом в сердце человек может быть опасен еще какое-то время. Очень небольшое время, но, чтобы свернуть шею пигалице, этого может оказаться достаточно. Это только в кино покойники валятся словно подкошенные, когда им в грудь прилетает клинок.

– Что будем делать?

– Будем работать, – пожал плечами Арсений. – Что же еще?

Вопросительное выражение из глаз полицейских никуда не исчезло.

Они явно не понимали, в чем должна заключаться их дальнейшая работа. Пришлось Арсению давать пояснения.

– Для начала пройдитесь по соседям, – сказал он. – Заодно и понятых найдете.

Когда его помощники вышли, Арсений повернулся к Фиме.

– Пока не прибыл из отдела дежурная бригада криминалистов, если хочешь, осмотри место преступления.

Если хочешь! Да Фима уже всю шею вытянула, стараясь рассмотреть, что находится возле трупа.

Она так тянула свои шейные позвонки, что ей казалось, шея у нее стала длинная, словно у жирафа, ну или хотя бы как у женщин Мьянмы.

Увы, на месте преступления ничего интересного ей увидеть не удалось. Да, тело. Да, кровь на спине. Но это она видела и раньше.

– Не может быть! Что-то должно найтись. Ага! Волос!

Волос нашелся на брюках. Он был длинный и светлый.

– Это может быть волос Полины.

Но Арсений отнесся к находке с прохладцей.

– Если это гардеробная девушки, то неудивительно, что тут повсюду ее волосы.

Меня удивляет другое, что делал убитый в этом помещении? Вы с Полиной примерно ровесницы. Осмотрись! Тебе ничего тут не кажется каким-то неправильным?

Фима кивнула.

– Кажется.

– Да! Вот и мне тоже! А что именно?

– Почти полное отсутствие тут на полках дорогих вещей. Несколько брендовых вещичек не в счет, потому что все они уже далеко не новые и неподходящего размера. Скорей всего, они достались Полине от матери, когда той не подошли.

Вся ее прочая одежда, которую она активно носила, выглядит так, словно куплена на рынке или в недорогих магазинах. Я сама там одеваюсь. Но у меня родители не живут в таких хоромах. У нас обычная семья, ношу то, что моим родителям по карману. А родители Полины люди богатые, при средствах, почему же они одевали свою дочь в такие затрапезные и откровенно дешевые вещички?

– И сама комната тоже обставлена очень скромно, если не сказать, что убого.