Гарем шоколадного зайки. Дело гангстера боится

При виде Леси женщина радостно воскликнула:

– Ну, наконец-то вы пришли! Вы наш новый доктор?

– Я?

– Вы же пришли по моему вызову?

– Ну… можно сказать, что и так.

Но Лене было не до разговоров.

– Проходите скорей! – воскликнула она. – У старшего парня с утра по всему телу какая-то сыпь. У младшего горло красное. А у Анютки глазки гноятся уже второй день. И малыш какой-то беспокойный, кушает плохо, спать совсем не хочет.

– У вас четверо детей? – удивилась Леся, вымыв руки и одновременно старательно припоминая все, что ей доводилось слышать о детских болезнях.

Судя по шуму, который доносился из кухни, играющие там мальчики находились в бодром здравии. Больной так вопить не станет. Да и малышу, про которого упомянула Лена, явно не мешало бы сбросить пару килограммчиков. Вряд ли это нормально, когда ребенку всего год, а у него уже пять подбородков, а ручки и ножки напоминают собой ветчину в сеточке.

Что касается Анютки, то, учитывая ее страсть размазывать себе по лицу все, что можно размазать, глазки у нее были еще в отличном состоянии.

Но надо же было с чего-то начинать. И Леся сказала:

– Ну, давайте посмотрим ваших деток.

Пока она осматривала детей, Лена не замолкала ни на минуту. И очень быстро Леся поняла, что Кокошкина относится к разряду тех ненормальных мамаш, которые все свое время посвящают детям, трясясь над каждым их прыщиком и не замечая при этом вокруг себя назревающих глобальных проблем.

К примеру, в квартире было жарко и душно, возможно, поэтому дети и беспокоились.

И каша на плите давно подгорела, и запах по квартире распространился чудовищный. Если Лена пыталась запихнуть в своего малыша именно эту еду, то неудивительно, что он яростно противился маме. Да и те двое мальчишек, что были постарше, явно нуждались в отцовской порке, потому что ругали друг друга такими словами, какие маленькие мальчики вообще знать не должны.

А что касается Анютки… Про нее разговор был вообще отдельный. Не успела Леся оглянуться, как девочка стянула у нее из сумки косметичку и довольно умело нанесла на себя боевой раскрас.

– Ну как, мама, я красивая? Мальчики будут меня любить?

Лена ойкнула и, сунув малыша Лесе, повела дочку умываться. Оказавшись на руках у чужой тети, малыш немедленно разорался, судорожно трясясь всем тельцем, так что пухленький животик у него задрожал, словно желе.

– Что вы с ним сделали? – развопилась мамаша, мигом примчавшись из ванной, где бросила Анечку одну.