Гарем шоколадного зайки. Дело гангстера боится

Леся поднялась в пять утра, чтобы приготовить тесто для вафель, испечь их, остудить, взбить крем и заполнить им получившиеся трубочки. К восьми часам крем и вафли-трубочки были готовы, а Леся почувствовала, что, пожалуй, снова готова лечь в постель.

Зато к одиннадцати, когда вниз спустился Лисица, его уже ждало поистине царское угощение. Фруктовый салат, политый клубничным сиропом, а также целое огромное блюдо кузнецовского фарфора, полное фирменных Лесиных трубочек.

Лисица откусил кусочек и больше уже не смог остановиться.

Чашка с крепким кофе стояла рядом с ним, но Лисица даже и не думал к ней прикасаться. Трубочки Леси так и таяли на глазах. И немудрено, ведь в тесто пошло только лучшее сливочное масло, просеянная пшеничная мука, яйца от домашней несушки и тростниковый сахар.

Все это было смешано в определенных пропорциях, да не миксером, а вручную. Миксер безнадежно портил тесто, делая его слишком пышным. Вафли из него получались рваными. Так что Леся осторожно смешивала все ложкой, а потом той же ложкой выкладывала тягучую смесь в тяжелую чугунную вафельницу.

Она досталась Лесе в наследство от ее мамы, а той от ее бабушки. Вафельница была неуклюжей, тяжелой и старомодной, но только в ней пеклись именно те хрустящие и рассыпчатые вафельные трубочки, которыми так гордилась Леся.

Крем тоже был вершиной изобретательности советской женщины. Легкий, воздушный, с ароматом лимонной цедры, но в то же время масла в нем было совсем мало. В основу его шла самая обычная… манная каша! Правда, сваренная на цельном молоке и очень сладкая, но все же только каша.

Потом в остывшую и сильно загустевшую кашу добавлялось сливочное масло, измельченный в пасту на блендере лимон, и получалось в итоге нечто легкое, прекрасное и в то же время полезное. Во всяком случае, насколько вообще может быть полезна манная каша.

– Ну как? Тебе понравилось?

Леся могла бы и не спрашивать. Лисица уже умял восемь трубочек, и рука его тянулась за девятой.

– Угу! – ответил приятель с набитым ртом.

 – Ошень укусно!

И не остановился, пока не съел десять трубочек подряд. Только после этого он вытер замаслившиеся губы салфеткой, допил кофе и соизволил произнести:

– Угодили! Спасибо! Теперь я вас порадую.

– Радуй!

– Богдан Галчик и впрямь не покидал пределов нашей страны. Более того… он даже из нашего города никуда не уезжал! И не далее как этой ночью он расплатился своей кредитной карточкой в супермаркете, который находится на Коломяжском проспекте.