Дело гангстера боится

Что задумал старик? Зачем он привел к ним в дом банкира и его безутешных женщин? Что хочет от подруг глава поселка? Неужели он потребует, чтобы подруги взялись за расследование обстоятельств этого несчастного случая?

Таракан не стал долго томить подруг.

– Вы у нас обе известные сыщицы, – сказал он, повернувшись к девушкам. – Если возьметесь за это дело, буду вам очень благодарен.

Вот так, подруг об услуге попросил лично Таракан. Кому другому, в том числе и банкиру Шарикову, подруги бы легко отказали.

Но Таракану они отказать не могли.

– А что надо сделать? – переспросила Кира. – Найти этого Кучерина?

– Да чего его искать? – нервно передернул плечами банкир. – Его телефон у нас есть. Адрес узнать тоже не проблема. Это можно сделать через клуб аэронавтов. Кстати, я уже звонил им, они в курсе случившегося. Правда, ответственности клуб не понесет, я лично подписал бумаги, где признавал свою ответственность за все, что может произойти, если шар будет стартовать не с территории клуба, а из другого места.

Но это не снимало ответственности с владельца шара, с которым ушлый Шариков подписал еще одно соглашение.

– Он должен был отвечать за жизнь и здоровье всех, кто поднялся на борт его летательного аппарата. Паспортные данные этого Кучерина у меня записаны.

– Значит, найти его проще простого? – уточнили подруги. – И вы сами можете это сделать? Тогда зачем вам мы?

– Нет, я сам не могу заниматься этим делом! – встревожился банкир. – У меня куча работы.

Мне предстоит ответственная поездка на Украину, в Харьков. У нашего отделения банка там возникли некоторые проблемы. Мне нужно… я должен… Там будет собрание директоров филиалов, я должен его возглавить!

– Ну, ясное дело! – громогласно возвестила из своего кресла Софья Георгиевна. – Дела у него появились. Кабы родной сын на больничной койке загибался, небось задержался бы! А как чужой, приблудыш, так и плевать!

– Мама, замолчи!

– А ты мне рот не затыкай! Поболее твоего на свете живу.

Знаю, что и почем. Натворил твой Шариков дел, а теперь в кусты. А мы тут расхлебывай! Молодец, зятек, ничего не скажешь. Всю жизнь юлит, за чужие спины прячется. Прохвост!

– Мама!

– Софья Георгиевна!

– Врача! Умираю! Помогите!

Все представление могло разыграться вновь. Подруги кинули на Таракана умоляющие взгляды, и он пришел им на помощь.

– Тихо! Все замолчите!

И все замолчали, преданно глядя ему в глаза.