Дело гангстера боится

– Маринка, если этот гад с тобой что-нибудь сделал, так тут со мной полиция!

– Что вы делаете? – ахнула Леся. – А если Федор удерет?

– Некуда ему бежать! Дверь в дом одна!

Лично подруги считали, что по такому случаю Федор мог и из окна вылезти.

Но даже упоминание о полиции не произвело впечатления на скрывающихся в доме людей. Что же это такое? Они не слышат? Спят? Или просто не хотят открывать?

Окна первого этажа, в которых горел свет, располагались довольно близко к земле. Встав на какой-то чурбачок, Кира смогла заглянуть в сам дом.

Так, телевизор работает, в комнате никого. Оба кресла, расположенные перед экраном, стоят пустые. Где же обитатели дома?

Внезапно у себя за спиной Кира услышала какой-то подозрительный шорох. Но обернувшись, смогла увидеть лишь, как заколыхались кусты.

– Кто там? – крикнула Кира, постаравшись, чтобы ее голос не дрогнул.

Но из кустов ей никто не ответил. Это могла быть и собака, и одичавший кот. Вовсе не обязательно, чтобы там был Федор. Идти одной, чтобы установить, так это или нет, Кире не хотелось.

А обе ее компаньонки уже были в доме.

– Лида вспомнила про ключ под ступенькой, – просветила подругу Леся.

– Очень удачно. Жаль, что не сразу.

Кира тоже вошла в дом. Но она не торопилась. Как-то все странно. Дверь закрыта, свет горит, телевизор работает, а в доме ни души. Неужели Федор все-таки удрал? Неужели там, в кустах, был именно он?

– Знаешь, я там слышала…

Но Киру перебил истошный вопль, который донесся из глубины дома.

Кричала Лида, которая лучше подруг ориентировалась тут и поэтому сумела пройти дальше.

– А-а-а! Помогите! Караул!

– Что случилось, Лида?

– Девочки… сюда! Скорей, сюда! Ой, как мне дурно!

После этого раздался грохот чего-то падающего, и пол под ногами у подруг содрогнулся. Это упала Лида.

– Лида!

– Лида, что с вами!? Вы где?

Но не добежав до женщины нескольких шагов, подруги и сами остановились, беспомощно глядя на картину в зале. Там под работающим телевизором лежало тело мужчины.

Из окна его было не видно, оно находилось прямо под стеной. И сверху его еще закрывал столик на тонких ножках, какие были в моде годах в шестидесятых прошлого века.

И вот под этим самым изящным столиком и стоящим на нем телевизором лежал мертвый мужчина. В том, что он был мертв, никакого сомнения не возникло. Достаточно было посмотреть на его залитую кровью голову, на немигающие глаза убитого и повернутую на сто восемьдесят градусов шею.