Готовь завещание летом

И Алена отправилась на свидание с Ингой, даже не подозревая о тучах, уже сгущающихся у них у всех над головой.

Надо сказать, что в этот свой приезд Алена и не собиралась идти к Инге, потому что была немного на нее обижена. Подруга в последнее время стала такой занятой, суетливой и даже раздражительной, что Алена не знала, как и подступиться к ней. Разговор по скайпу не давал им обеим того ощущения полноценного общения, какое дает только личная беседа при взгляде «глаза в глаза».

И к тому же Инга поминутно куда-то срывалась, убегала, возвращалась, извинялась и снова убегала, выдергиваемая женихом.

А когда подруга возвращалась к скайпу, Алене все время чудилось, что Инга думает про себя: «Чего она мне все время названивает, богатая бездельница? У меня и так дел невпроворот, да тут еще и она без конца звонит».

О чем думала Инга на самом деле, понять было сложно. Воспитание она получила очень строгое, к тому же так хорошо научилась скрывать свои чувства, что невозможно было понять, что именно таится в данный момент под ее вежливой улыбкой.

Алена всегда немножко робела перед своей подругой, которую считала куда умней и уж точно куда образованней и начитанней себя самой.

За исключением этой своей вечной занятости, Инга не слишком изменилась, собираясь замуж. Она также неизменно живо интересовалась, как дела в поместье, как идут работы по выведению новой скаковой породы, и Алена ей подробно рассказывала последние новости из «Дубочков», но так уж получалось, что разговор постоянно приходилось прерывать на середине.

В скайпе появлялся Залесный, который довольно сварливым голосом осведомлялся у Инги, сколько еще она намерена чесать языком, в то время как он вернулся со службы – голодный, усталый и требующий заботы и внимания.

Алена пробовала звонить днем, но Инга и тогда бывала занята. Залесный достался ей с целым букетом невылеченных хворей – язва, камни в почках, остеохондроз и что-то еще сильно беспокоило его. Что именно, Алена точно сказать не могла, так как все жалобы подруги благополучно в одно ухо впускала, а в другое выпускала.

Мужские болячки, как считала про себя Алена, на девять десятых состоят из мужских страхов. Мужчины в этих вопросах большие трусы. Они способны внушить самим себе, что загнутся от банального чиха.

Но если Алене, находясь за сотни километров от Залесного, было легко и просто абстрагироваться от проблем, то Инге повезло меньше. Залесный стонал и стенал рядом с ней изо дня в день, из ночи в ночь.