Как стать счастливым. Сборник притч и автобусных откровений

Бывает, начнет старуха взахлеб и про себя, и про мужа, и про детей, и про политику – и не заткнуть фонтан, как будто до сих пор терпела, тайн никому не выдавала, а тут и полилось ручьем. Журчит, откашливается, головой трясет.

Слева от меня сидела какая-то странная женщина. На вид обычная, но как ни поворот – крестилась и шептала что-то. Не то чтобы мешала, но как-то навязчиво она все это проделывала, как будто мы ей должны спасибо говорить каждый раз, как метр проехали, мол, ее молитвами. Вообще-то, в городе много таких, как она.

Пограничников.

Вроде все как у всех, ан нет: на повороте дурина какая вдруг и выскочит. Помню, ехала в автобусе, зашла тетка, большая тетка, грузная, жить да радоваться. Со мной присела, достала блокнот. Я смекнула: тут что-то не тихо. Надо бы пересесть, и мест вроде много свободных, но и обижать как-то человека не хотелось. Уткнулась в окно, сделала вид, что не замечаю. На следующей остановке вошла еще одна, и направилась садиться прямехонько напротив "журналистки" с блокнотом, автобус тронулся, тетка качнулась, уперлась в старуху и только после этого села.

Ну бывает: физика, инерция.

Старуха тут же забурчала: "Не надо меня трогать, это вы нарочно". Тетка отдышалась и с дружелюбной улыбкой переспросила: "Что?". И нашу старуху как в розетку включили. Понеслось. Она-то, "журналистка" блокнотная, все видит, и что у нее на голове-то, у тетки, она видит. Тетка бросилась поправлять прическу. "Нет-нет, дело-то тут не в волосах вовсе, а – что под ними".

Я вжалась в окно автобуса, собралась в кучу и мысленно представила, что меня с ними нет. До тетки стало доходить, что про нее говорят гадости. Слабая попытка защиты провалена гневным жужжанием старухи.

Оказалось, она все видит, какие все плохие. И не просто видит, а записывает все это в тот самый блокнот! И не просто записывает, а передает это все Ему! Вот так, наверное, придет домой, блокнот развернет, и срочно, "Юстас-Алексу", небесной рати письма шлет. А там-то, в канцелярии, уже ангелы собрались, толкутся в очереди, ноги друг другу топчут, крылами по асфальту елозят, ах-ти, тошненько, Вероника-то Поликарповна, доносы написала.

И читают, и рыдают взахлеб, ах, спасибо, Вероника Поликарповна, душа вы наша, что бы мы без вас делали, пропали бы, ей-богу, как есть пропали. И тут же гонцов по городам и весям – безобразников наказывать.

Человек как-то не может жить без смысла. Во всем надо придумать какой-нибудь, ну хоть какой-нибудь смысл.