Хозяйка праздника жизни

Подруги застряли у палатки, перед которой музыкант в больших закрывающих лицо очках и в кепке, надетой на темные волосы, в которых, несмотря на молодость мужчины, уже проглядывала седина, очень красиво исполнял испанские баллады, аккомпанируя себе на странном инструменте, похожем на домру.

– Что это у вас за инструмент? – поинтересовалась у него Леся. – Это мандолина?

Мужчина взглянул на нее. На секунду он оторвал руку от струн, снял очки, и Леся увидела, что в глазах его появился тот самый блеск, который выдает интерес мужчины к понравившейся ему женщине.

Может быть, кто-то и не умел его замечать, но Леся умела. Она сразу поняла, что пришлась этому мужчине по сердцу. И более того, он ей тоже понравился. Было в нем что-то такое притягательное, манящее и… и загадочное. Несмотря на свои потрепанные джинсы, мужчина не был похож на других бродяг.

– Верно, это мандолина. Отрадно видеть, что есть еще люди, знающие это слово.

Леся улыбнулась и попросила:

– Сыграйте нам еще.

– Вам понравилось?

– О да!

– И что же вам спеть?

– Не знаю, что-нибудь о любви.

– Ну конечно, – усмехнулся певец. – О чем же еще может думать прекрасная дама, как не о любви.

– Это плохо?

– Наоборот! Женщина только о ней и должна думать! Увы, современные женщины слишком мало времени посвящают мыслям о любви и слишком много занимаются делами. Это не идет на пользу ни им самим, ни тому миру, в котором мы живем.

– Вы хотите сказать, что это женщины виноваты в том, что происходит в мире?

– Всегда и во всем виновата одна лишь женщина.

Она – суть мироздания. Она – двигатель прогресса. Без нее мы, мужчины, были бы просто инертной скучной массой. Только ради вас, женщин, мы, мужчины, и совершаем подвиги, делаем открытия и двигаем вперед этот маленький земной шарик.

Мужчина улыбнулся, продемонстрировав все тридцать два зуба. И Кира, наблюдающая за ним, невольно нахмурилась. Слишком уж безупречной была улыбка у этого нищего музыканта. Палатка драная, джинсы дешевые, кроссовки… великий боже, лучше об этих кроссовках вообще не говорить, родом они из Советского Союза, никак не иначе.

И при этом зубы, как у молодого мальчика или Валерия Леонтьева, который, надо полагать, в свой безупречный оскал вложил не одну тысячу.

Но прежде чем Кира успела довести свое недовольство до мнения Леси, она услышала голос подруги:

– А как ваше имя?

– Валерий.

– Вы – музыкант?

– Бард, а также исполнитель баллад и серенад для прекрасных дам.