Любовь как…

Да еще и ни разу за свой сорокет не был женат. И не планировал. Даже для вида.

И тут, улетая в астрал, Галя зацепилась за последнюю оставшуюся в ее голове мысль: «Господи, как же целуются эти геи… Как? Родину продать! Вот…»

«Сиськи… Сиськи… И что мужики в них находят?» – думал в это время Сергей.

* * *

Секс был. Яркий, продолжительный, нежный. Два раза в неделю. Ужины в ресторане, все как положено. Рудаковский взялся вести Галин менструальный календарь и тихонько высчитывал день предполагаемой овуляции.

Гале снесло крышу. Глупое пари превратилось в чудесный роман. Ее самооценка, которая и до сего дня не бедствовала, просто покорила Эверест, ведь она, Галина Дробышева, доказала гею всю прелесть гетеросексуальных отношений.

Галя хвасталась в театре, как трогательно ухаживал за ней Рудаковский! Ни один мужчина в ее жизни еще не был так заботлив. Во-первых, Сергей заставил Галю бросить курить, во-вторых, не позволял напиваться, как в былые времена (и сам не пил, и Гале ничего, кроме бокала красного сухого, не разрешал), в-третьих, постоянно баловал экзотическими фруктами, а в-четвертых, покупал одежду.

Но в выборе одежды оказался полным профаном. Казалось, у Рудаковского был отменный вкус: он сам одевался безукоризненно. А Гале зачем-то стал покупать бесформенные балахоны, просторные сарафаны, будто ждал, что она станет толстой коровой. Цвета были удачными, но вот фасоны оставляли желать лучшего… Однако Галя, боясь обидеть любимого, изображала бурную радость на лице при виде каждой новой распашонки сорок шестого размера.

В театре сплетничали. Потом подутихли. История про возвращение блудного гея в гетеросексуальную обитель быстро перестала занимать народ.

Рудаковский всегда добивался поставленных целей. И на третий месяц романа Галя забеременела. Честно говоря, никак этого не ожидала и, узнав, испугалась, но, увидев горящие счастьем глаза отца будущего ребенка, успокоилась.

На радостях расписались. Честно говоря, Сергей не планировал всей этой кутерьмы – загс, белое платье, родственники… Но под напором Гали он сдался.

Так появилась еще одна семья. Не хуже и не лучше других. Зачали ребенка и расписались. Все просто.

Сергей водил жену на концерты, чтобы малыш слушал хорошую музыку, на выставки, читал растущему животу свои стихи. Он знал, что ребенок непременно станет великим художником или музыкантом. В крайнем случае поэтом. Он воплотит все, что не успеет воплотить в жизнь Сергей.