ЖГИ ГЛАГОЛОМ

Григорий в это время находился в одиночной камере. Ожидая своей участи, с опустошенным взглядом смотрел в потолок, ему не спалось. Мужчина хотел, чтобы скорее бы все это закончилось, ему не хотелось быть в подвешенном состоянии. Мужчина знал, что его посадят на долгий срок. Григорий смирился с этой мыслью, он готов был подписать все документы о признании. Параллельно его мысли были о Марусе, детях, ему было печально, что его не будет на похоронах своих близких.

В это время Россию облетели новости о побеге убийцы своей семьи и одного из свидетелей.

Все родные Григория и родственники супруги поверили новостям из СМИ. Поэтому все отвернулись от него, родственники и друзья ужаснулись его поступком и возненавидели. Один Вадим решил проповедовать своего брата, но в корыстных целях. Он попросил сделать на него дарственную на квартиру, чтобы он смог ее сдавать и помогать брату материально. Григорий подписал все необходимые документы, даже не поднимая глаз на своего родственника. Ему после подписания у следователя о признании убийства своей семьи и подписания смертного себе приговора было безразлично на свою жизнь и все, что его окружало.

В то утро. Григорий так и не смог заснуть, в девять часов за ним пришел конвоир и отвел к следователю.

– Доброе утро, товарищ Маслов, глаза красные, не спали? – ухмыльнулся офицер.

Григорий не обратил на его издевку внимания, сел на стул против стола, на котором вальяжно облокотившись стоял капитан Никифиров. В кабинете для следственных дел с задержанными.

Мужчина посмотрел в глаза, пристально, чтобы запомнить эти глаза на всю жизнь.

– Где нужно подписать? – раздался хриплый голос задержанного.

– Ты даже мне не позволил выступить с красивой речью, все утро для этого готовился.

– В аду потом расскажешь, чертям нравятся красивые песнопения.

Офицер изменился в лице, он хоть в церковь не ходил, но был верующим. У него проснулась совесть, ему стало тяжело дышать, и чтобы избавиться от этого чувства.

Полицейский оправдался перед мужчиной.

– Маслов, мне жаль тебя, я человек подневольный, ты кому-то перешел дорогу в Москве. Мне до пенсии немного осталось, не хочется быть уволенным или случайно убитым.

Григорий оживился, он вспомнил, что ему говорили, если он предоставит верные данные, то пожалеет. Мужчина опечалился еще хуже, в это время следователь собрал бумаги и велел увести задержанного. Маслов шел по коридору, его трясло, ноги были как ватные.