Киллер на диете

Вон и Владлена подтвердила, что Аюша частенько так уматывалась, присматривая за полусумасшедшей старухой, что к вечеру чуть ли не плакала от усталости.

Вот отсюда и возникает вопрос: а зачем? Зачем молодой и, что там греха таить, красивой и талантливой девушке (подруги слышали, как замечательно поет Аюша, какой у нее чудный голос и удивительный музыкальный слух!) было жить с посторонней ей бабкой и работать на папу Карло, который наверняка обдирал бедняжку как липку? Это что, такой способ самобичевания? Или Аюша расплачивалась за чьито долги в отношении Петровны?

В это время в маленькой комнате зашевелилась Петровна, прервав рассуждения подруг.

Закашлялась и подала голос:

–?Аю! Девочка! Ты дома?

Подруги переглянулись. Сейчас им предстояла нелегкая задача: поговорить со старухой. И объяснить ей, что Аюши больше нет. И что старухе снова предстоит в одиночку бороться с этой беспощадной жизнью.

–?Аюша! Ты дома?

Голос Петровны поднялся почти до крика.

Делать было нечего, и все три женщины пошли к старухе.

–?Владлена?! – удивилась Петровна, увидев соседку. – А ты чего тут? В гости пришла?

–?Нет, не в гости. Горе у нас, Петровна…

–?Какое горе?

–?Аюшато наша… Ох, не знаю, как тебе такое и сказать… погибла она, одним словом!

Подруги ждали чего угодно. Рыданий. Проклятий в адрес жестокой судьбы. Наконец, просто тихих слез, которые прольет Петровна о судьбе девушки, бывшей по отношению к ней такой доброй.

Но действительность превзошла все их ожидания. Петровна выпрямилась у себя на кровати, ее губы сжались в одну линию, а потом она выпалила:

–?Сдохла, говорите?! Ну, туда ей и дорога, собачьему отродью! Врушка! Воровка! Дрянь!

И все! У подруг прямо челюсти отвисли. Да и Владлена была поражена.

–?Петровна! – пробормотала она. – Миленькая… Да как же ты можешь говорить такое?! Ведь Аюша же погибла! Внучка твоя названная!

–?Не внучка она мне никакая! Отец ее передо мной в большом долгу был.

Вот и прислал меньшую свою мне на подмогу! Я сама ему так сделать велела. Не прислугу для меня нанять, а кровиночку свою любимую мне в работницы определить. Девчонка отца своего боялась, вот и не посмела с ним спорить. Приехала, как он ей приказал. И мне верно служила. Тут я ничего не скажу, старалась она изо всех сил.