К колдунье не ходи

Я ей говорю: когда ты, Ульяна, квартиру-то в порядок приведешь? На поминки к тебе зашли, так нам просто жутко сделалось. А она мне – на ремонт денег нет. И шмыг к себе! И не стыдно ребенка в такую грязь приносить! Ведь в этой квартире кто только не побывал! И бомжи, и бродяги, и прочие асоциальные личности!

– Совершенно с вами согласен. Но Ульяна тут жила вместе с ребенком, и ее это не смущало?

– Простите… А кто вы такой?

– Я-то? Я – Ваня. Иван Сергеевич, если хотите.

– А…

– А тут нахожусь по долгу службы.

– Наконец-то! – откровенно обрадовалась соседка. – Из органов опеки вы? Извините, обычно там женщины работают, поэтому я сразу и не разобралась. Очень хорошо, что вы решили взять это дело на рассмотрение. А если меня спросите, то я вам сразу скажу: Ульяну эту надо родительских прав лишить! Какая из нее мать? Ни одна мать свое дитя в такую антисанитарию не допустит!

– Я все это понимаю. Но ведь у ребенка же и отец должен быть.

– Отец! Отцом у него Леонид прописан.

Да только Леонид пил без просыху!

– А другие мужчины тут не появлялись?

– Такие же алкаши, как сам Леонид. Или даже хуже, чем Леонид! Ни одного дня не было, чтобы он трезвым домой вернулся. А уж как пенсию получит, тут уж – все! Дым коромыслом! Да и то сказать, пенсия у Леонида огромная. Я один раз за ним в сберкассе стояла, замучилась считать, сколько он бумажек себе в карман сунул. Получит деньги – и давай народ к себе звать. Собутыльников столько, что в глазах рябит. Только и ползают вверх-вниз.

Напьются и спят прямо на лестнице! Сколько раз я пожарных вызывала, потому что дымом тянуть начинало. Леонид и его гости напьются, заснут, а кастрюля с варевом на плите стоит. В ней все выгорит, дым валит, а им все по фигу! И спят иной раз прямо на лестнице, и другие вещи, простите за такие подробности, делают. Дворники к нам в подъезд без отдельной доплаты и ходить не хотели. Да оно и понятно, кому нравится мочу и кал со ступеней подтирать!

– Натерпелись вы с таким соседом, наверное?

– Ох, чего только мы ни делали, чтобы Леонида из нашего дома выселить.

Ничего не помогало!

– А когда Ульяна появилась, лучше стало?

– Хуже! Прежде Леонид хоть перед пенсией трезвым бывал. Ну, не то чтобы совсем трезвым, такого с ним на моей памяти и вовсе не случалось, но гостей к себе хотя бы не таскал. А как Ульяна появилась, так он вообще без остановки квасить начал. Сдается мне, он и сам не понял, что папашей сделался.