К колдунье не ходи

Полиция появилась довольно-таки быстро. Сидя в машине, припаркованной неподалеку от дома, подруги могли лично наблюдать ее прибытие. К этому времени введенная Ваней в курс дела соседка уже причитала на лестничной клетке. И именно она объяснила участковому, кто обнаружил тело потерпевшей Ульяны в квартире. И в ее пересказе все трое мужчин выглядели просто героями, которые не побоялись вида мертвого тела, вызвали полицию, да еще и ребеночка пытались найти.

– Вот ведь беда! Вот ведь горе! Верно в народе говорят, пришла беда – отворяй ворота.

Сначала Леонид умер, теперь Ульяну убили, да еще и ребенок их пропал! Ох, горе-то какое! И кому теперь квартира достанется, если Коленька не найдется? Не иначе, как старшему сыну.

– У хозяина квартиры еще один сын имелся?

– Сергей. Несколько раз я его даже видела.

– Описать сможете?

– Средних лет, Леонид тоже ведь уже сильно в возрасте был. Рост средний. Упитанность средняя. Лицо… лицо тоже среднее.

– Да… по таким приметам мы его долго искать будем.

– Леонид говорил, дескать, сын за границей живет. Приезжает редко, но деньги исправно шлет.

Услышав это, Василий Петрович покосился на брата. Он был искренне удивлен. Неужели Серега проявил себя в отношении своего бати с такой положительной стороны? И даже навещал его неоднократно? Но, судя по вытаращенным глазам Сергея, для него это известие также стало полнейшей неожиданностью.

Поняв, что деньги приходили Леониду из какого-то другого источника и навещал его тоже отнюдь не Сергей, Василий Петрович даже как-то и успокоился.

До сих пор он считал, что неплохо разбирается в людях. Про своего брата Василий Петрович мог сказать то, что тот удавится, но руки помощи никому в жизни не протянет. А уж регулярно посылать кому-то деньги, пусть даже и старику-отцу, такого от Сергея ждать было нечего. Убедившись теперь, что все в порядке, что он по-прежнему держит руку на пульсе, Василий Петрович слегка расслабился.

Серега – он и есть Серега. Подлый враль, двуличный обманщик, но не жестокий человек.

Подлый, но не убийца. А значит, за него еще стоит побороться. Ведь и Ульяна эта, насколько понимал Василий Петрович, была еще той штучкой.

Между тем мысли подруг крутились примерно в том же направлении. Первой не выдержала и заговорила Инга:

– Знаешь, что меня еще удивляет в этом деле?

– Помимо полуразложившегося трупа Ульяны в кухне?

– Зачем ты мне об этом кошмаре напомнила? – осуждающе произнесла Инга.