Когда соблазняет женщина

Да где угодно! Во всем мире! Ура!

Стоп! У нее же уже, кажется, есть квартира! Даже целых две?

– Верно, – кивнул головой адвокат на ее вопрос. – И мои приставы проводят тебя туда. Покажут что и как. Познакомят с прислугой.

– Прислуга? У меня есть прислуга?

Но тут же Алена прикусила язык. Она ведь слышала про шофера, горничную и других. Ясное дело, что у нее есть прислуга! Целый штат прислуги! И что с ними теперь делать?

– Полагаю, что будет благоразумно на первых порах ничего не менять, – предвосхитил ее вопрос адвокат.

– Да. Я тоже так думаю.

– Вот и прекрасно. Значит, мы договорились? Ты берешь эти деньги?

– Что? Вы шутите? Конечно, беру!

– Тогда, думаю, я могу познакомить тебя с последним волеизъявлением твоего покойного отца.

– Волеизъя… Чего?

– Твой отец поручил мне передать тебе не только деньги.

– А что еще?

Вместо ответа адвокат вытащил из кармана конверт и отдал его Алене. В конверте лежало что-то твердое, плоское и гладкое.

– Там диск. Диск со словами твоего отца. К тебе. Прослушаешь его вместе со мной или одна?

– Одна, – вырвалось у Алены. – Вы не обидитесь?

– Разумеется, нет.

– Понимаете, вдруг он хотел там сказать мне что-то личное? – извиняющимся тоном пробормотала Алена.

– Прекрасно понимаю. И очень надеюсь, что именно так и будет. Ты можешь остаться тут. Я выйду. Стены в этом кабинете звуконепроницаемы. Так что ты будешь тут в полной безопасности.

– Хорошо.

Адвокат вышел, а Алена поспешно включила проигрыватель и сунула в него диск.

– Здравствуй, Алена, – донесся до нее уже знакомый голос. – Здравствуй, дочка. Не уверен, могу ли я называть тебя так. Полагаю, что вы с матерью сильно обижены на меня. Не стану скрывать, я поступил с вами, верней, с тобой очень жестоко. Теперь я это хорошо понимаю. Но в молодости я был куда более самоуверен. И все свои поступки оправдывал тем, что знаю, как сделать лучше. И всем остальным моим близким полагалось либо слушаться, либо уходить.

Алена слушала, сжав кулаки. Этот голос с диска принадлежал ее отцу. Отцу, которого она давно привыкла считать мертвым. Пил – и умер. И вот теперь он говорит с ней, а она не может даже ничего ему возразить, поспорить, накричать на него. Какое издевательство!

– Не стану утверждать, что тебе повезло, – продолжал голос ее отца. – Получив эти деньги, ты одновременно обзавелась целой шайкой прихлебателей.