Королевские цацки. Двойная жизнь волшебницы

А сладость кагора дала мозгу необходимый источник энергии для работы.

– Что ты подумала?

– А ведь покойный был далеко не ангелом.

– Да уж, что верно, то верно.

К сожалению, кагор на этом и закончился. Подруги с сожалением оглядели пустую бутылку и подумали, что вино кончилось очень уж быстро. Ничего плодотворного, чтобы вычислить убийцу Витязя и спасти невиновного Георга, они придумать так и не смогли.

И пришлось хозяйственной Валерии вытащить откуда-то из своих заначек бутылку виски. Оно произвело на всех, за исключением Киры, которая была за рулем, очень положительное воздействие.

Кира тоже не отказалась бы выпить глоточек отличного пойла из дьюти-фри, но, как уже говорилось, такого она себе теперь не позволяла. Двадцать граммов кагора – это еще куда ни шло. Но виски – это будет уж слишком.

Выпить между тем очень хотелось.

– А что, если нам перебраться поближе к дому? – поглядывая на бутылку, спросила Кира у подруг.

Но фокус не прошел. Валерия не хотела уезжать из дома. Надеялась, что Георгу разрешат еще звонок или его каким-то чудом выпустят на свободу, и он сразу же примчится к ней.

Надежда прямо-таки фантастическая. С чего бы Георгу тащиться к своей любовнице? Но как заметили подруги, Валерия вообще была изрядной мечтательницей. Так что такая идея была вполне в ее духе.

Пришлось Кире смириться с очевидным фактом остаться трезвой, облизнуться в очередной раз на плещущееся в стаканах у подруг виски и спросить у Анжелики:

– Ты можешь сказать, что конкретно имеешь в виду?

– Раз Витязь был мошенник, то наверняка у него было множество врагов и помимо Георга.

– Ну да! – обрадовалась Валерия. – Ну конечно! Витязь был преступником! И вращался в такой же среде. Среди преступников! Конечно, его убил кто-то из сообщников!

– Версия – отпад! – хмыкнула Кира. – Но все-таки хотелось бы конкретики. Кто именно из сообщников убил Витязя и за что он его убил?

Увы, на этот вопрос пока что никто из девушек правильного ответа не знал. Чувствовалось, что информации катастрофически не хватает.

И поэтому следующий день было решено посвятить личности убитого, а также тому окружению, в котором он вращался.

– Недаром говорят: скажи мне, кто твой друг, и я тебе скажу, кто ты есть сам!

– Ты это про Полоскова?

– Про Полоскова пусть голова у Риты болит, – поморщилась Кира. – С Полосковым лично мне все понятно с самого начала. А я имею в виду этого странного Бориса.

– Бориса?

– Ну да, Бориса. Школьного друга Витязя.