Криминал на лабутенах

Но этой зимой мама перебралась в город, поручив свой курятник, собак и прочую живность соседям, которым за эту услугу обещала весь доход от птицы в виде яиц и цыплят.

– И молоко от коз, и шерсть от овец, пусть берут все, мне не жалко. Даже ягнят с козлятами, если без меня родятся, пусть тоже забирают!

Марише даже казалось, что на столь радикальные меры ее мама пошла исключительно для того, чтобы быть ближе к дочери и внукам и контролировать влияние своего бывшего мужа на их неокрепшие умы.

– Что бы ты мне ни говорила, а человек он дурной!

– Не может он быть совсем плохим, раз уж ты когда-то за него замуж вышла.

– Дурой я тогда была! Полной дурой! А ты моих ошибок не повторяй. И что с того, что по документам он тебе отцом числится, а твоим детям – дедом? Держись от него подальше! Ах, как жаль, что ты мне сразу же не сказала, что этот человек вновь нарисовался в нашей жизни!

И теперь Марише приходилось всякий раз изворачиваться и придумывать отговорки, чтобы навестить папу, не уведомляя об этом маму.

Это ей удавалось далеко не всегда. И всякий раз, когда маме доводилось узнать о том, что ее дочь была у «этого человека», настроение у женщины портилось конкретно. Причем у мамы словно бы чутье просыпалось: стоило Марише пойти к отцу, как мама уже звонила ей.

– Ты где? – подозрительно осведомлялась она. – Почему не дома? Куда идешь?

И Мариша знала, если сказать правду, мама немедленно примется «умирать», лишь бы не допустить очередной встречи дочери с отцом.

Чего в этом было больше, материнской ревности или заботы, Мариша сказать затруднялась. Сдавалось ей, что того и другого поровну. А еще примешивались чисто женская вредность и мстительность. Мама не могла забыть Маришиному отцу его многочисленных измен и развода. И поэтому при всяком удобном случае старалась ужалить его побольнее. А если такой случай слишком долго не подворачивался, фабриковала его сама.

Мама всячески подчеркивала, что запретить Марише общаться с отцом, конечно, она не может, но ей это будет очень неприятно.

Причем красок в описании своих ощущений она не жалела. И с короткого поводка дочку не спускала.

Вот и сейчас, стоило Марише выйти из школы и направиться в сторону папиного дома, как у нее в кармане немедленно раздалась вибрация. Почти не сомневаясь, кто это ей может звонить, Мариша извлекла смартфон. Конечно, это была мама. И конечно, она хотела знать, где находится ее ненаглядная дочь.