Криминал на лабутенах

Некоторые говорят, что того же эффекта можно добиться, имея чистую душу и такую же совесть, но полный желудок позволяет добиться этого с куда меньшими затратами.

На квартиру своего отца Марише удалось вырваться лишь ближе к вечеру, когда все домашние дела были уже сделаны и каждый из ее домочадцев получил от Мариши свою долю заботы и внимания.

Гранаты, купленные для деда, были детьми продегустированы и одобрены. Морковь из всех трех партий оказалась идеальной для приготовления сока, продавцы не соврали. Однако Мариша решила, что сок будет готовить завтра, перед выходом.

Это дело быстрое, если под рукой есть соковыжималка, а она у Мариши имелась. Так что на сегодня ее хозяйственные хлопоты были закончены, можно было продолжать начатое расследование.

– Я выйду ненадолго.

Дети отреагировали вяло. Каждый был занят своим гаджетом.

– За мясом следите. Слышите?

– Ага.

Можно было не сомневаться, что никто из троих и носа на кухню не сунет. Но ничего. Кастрюля с будущим говяжьим бульоном стояла на плите, томясь на самом маленьком огне, какой только было возможно устроить.

Вода не булькала, этого нельзя было допустить ни в коем случае. Если заглянуть в кастрюлю с правильным бульоном, то непосвященному человеку должно было показаться, что он и не варится вовсе. И лишь принюхавшись, можно было уловить мясной аромат, поднимающийся от поверхности бульона. Только так и никак иначе можно было добиться той самой необходимой прозрачности, которой нельзя было достигнуть ни осветлением бульона яичным белком, ни процеживанием через несколько слоев марли, ничем иным.

Итак, на душе у Мариши полегчало. Старшие дети вернулись из школы, Катюша сделала уроки, и даже мама отправилась к себе домой с чувством выполненного долга. Впрочем, перед уходом она спросила у дочери:

– Угроза для его жизни есть?

– О чем ты?

– Не о чем, а о ком! О твоем любимом папочке!

– А-а-а… Нет, угрозы для его жизни нет, – и поспешила прибавить: – Больше нет.

– Жаль! – проронила мама с таким выражением лица, что Марише стало страшно.

 – Очень жаль. Лучше бы он сдох!

И Мариша поняла, что даже болезнь не способна примирить ее мать с отцом. А возможно, что и его смерть не поможет. Что же такое умудрился совершить ее милый папуля, что мама даже спустя столько лет не может простить его? Тем более что Антонина Семеновна в обычной жизни отличалась миролюбием и признаков злопамятности, кроме случая со своим бывшим мужем, не проявляла.