Кража с обломом

– Дело было так, – начал Доронин, – ваш Рудик пришел сюда, как и все прочие, дверь должна была быть открыта или он знал того, кто ему ее открыл, потому что его присутствие не вызвало у Рудика ни тени подозрения, что дело нечисто. Затем он зашел в дом, и тут на него посыпались камни и свалился чугунок, в который вы их запихали. Убийца шел сзади и потому не пострадал, но он испугался, что на шум камнепада выбегут соседи, или посчитал Рудика мертвым, но ушел и не стал добивать его. Теперь вся надежда на вашего знакомого: если он выживет или хотя бы придет на время в себя, то сможет рассказать нам, кто же его пригласил в эту квартиру.

– А если нет? – жалобно спросила я.

– Тогда у нас будет три трупа вместо двух, – щедро поделился со мной своими соображениями Доронин, а я пожалела, что затеяла этот разговор.

– А что с моим ножом? – спросила Мариша. – Отпечатки на нем мои?

– Нет, – неохотно признался Доронин. – Отпечатки женские, но не ваши.

– Советую вам проверить жену Никиты, ее отпечатки помогут вам на многое раскрыть глаза, – доброжелательно посоветовала Мариша, упорно не замечая, какими глазами на нее смотрит Доронин.

– Мы разберемся, – пытаясь удержать руки на месте, нервно проскрежетал несчастный Доронин.

– Очень надеюсь, – ослепительно улыбнулась ему Мариша, и после этого милиция на редкость быстро свернула свою аппаратуру и удалилась.

– Что будем делать? – задала я традиционно русский вопрос.

– Надо ехать к Мишке. Он тот еще фрукт и, если к нему пожалует милиция, вполне может им ничего не сказать просто из-за врожденной вредности.

– Какие-то они у тебя все странные, – не удержалась я от критики. – Вредничают, словно дети малые. Может, они недоразвитые?

Спрашивать этого не стоило, так как Мариша немедленно кинулась на защиту своих приятелей.

– Посмотрела бы на своих, – обиженно сказала она. – Урод на уроде сидит и уродом погоняет.

Это было не совсем правда, но тем не менее так близко к ней, что я решила тоже обидеться.

– Это ты загнула, – заявила я.

– Ну да, – ехидно отреагировала Мариша, – если смотреть на них ночью и при свете 20-ваттной лампочки.

Это тоже была правда, я не знала, что возразить, но тут вспомнила про одно немаловажное обстоятельство и сразу же бросилась в атаку:

– Зато они не мрут словно мухи у меня на пороге, а твои только этим последнее время и занимаются.

Мариша открыла рот и спустя минуту, так и не проронив ни слова, снова его закрыла.