Леди Бэтмен

Подарить лучшие годы своей жизни человеку, который это совершенно не ценит и не нуждается в ней. Не успело еще остыть их супружеское ложе, а этот кобель уже таскается за другими юбками. Тот факт, что сама она не валяется в чужой постели только потому, что хозяин этой постели скоропостижно скончался, Инна во внимание даже не стала принимать. Ведь не валяется же, не валяется. Ну и нечего тогда зря языком трепать.

– Ну, не плачь так, – пытались утешить ее Мариша с Катей, но Инна оставалась безутешной.

– Мало того, что он мне изменяет, так он еще и моих кавалеров взялся устранять, – рыдала она.

 – Теперь я понимаю, это вполне в его духе, поступить подобным образом. Сам не ам и другим не дам. Собака на сене. Ничтожество!

– Может быть, вы друг друга не поняли? – утешала ее Катька.

– Чего там не понять, если он сам признался!

У нее хватило душевных сил лишь на то, чтобы доплестись до выделенного ей Маришей раскладного диванчика, рухнуть на него и забыться в тяжелом сне, прерываемом редкими всхлипами.

А ее подруги продолжали держать совет.

– Лично я не очень-то верю, что Бритый отравил Сержа и Антона, – сказала Мариша. – Это не в его манере. Если бы он уж захотел кого-то устранить, то не стал бы действовать так деликатно, а просто застрелил бы.

– А зачем же сказал?

– Может быть, просто пошутил неудачно, – предположила Мариша. – Инна сказала, что он совсем пьяный.

– Надо нам с ним поговорить, – решила Катька.

– Только осторожно! – взмолилась Мариша. – А то вдруг у него на почве предстоящего развода с Инной нервный стресс.

Приедет сюда, да и перестреляет нас всех.

– Буду предельно с ним деликатна, – заверила ее Катька.

И, набрав номер трубки мужа подруги, закричала в нее:

– Слушай, ты, козел! Ты чего себе позволяешь? Инна и так расстроена, а ты еще ее мужиков убивать наладился! А это, между прочим, прямая угроза процветанию Маришиной фирмы.

В трубке на некоторое время воцарилось молчание. И когда Катька уже решила, что Бритый просто заснул, он внезапно подал голос.

– Я никого не убивал, – заявил Бритый странным голосом. – А что, у Инны уже кто-то есть?

– Уже нет! – рявкнула Катька. – И если ты его не убивал, то чего Инна сказала, что ты признался в убийстве Антона?

– Антон? Ну верно, его я шмякнул, – помявшись, признался Бритый, и у Кати перехватило дыхание, настолько обыденно прозвучало это признание.

Но не успела она толком побледнеть, как муж Инны виноватым голосом добавил:

– Только я ведь не специально.