Луч света в темной коммуналке

Зашипел, вцепился когтями в колготки, и в таком виде владелица извлекла спутанный клубок наружу.

– Тьфу! Все в зацепках! Лапсик, ты мне должен новые колготки.

Но занятый осмотром бутылок, который его совсем не радовал, Гаврилыч ответил грубовато:

– Пошла ты…

Дама ответила ему в том же духе. Но долго ссориться они не могли, каждый был занят своим делом. Гаврилыч искал, чего бы еще выпить. Женщина искала свою одежду. Юбка висела на кактусе, который со своей добычей расставаться тоже не желал. И Гаврилычу было объявлено, что юбка тоже с него.

Хуже всего дело обстояло с блузой, она упорно не находилась.

– Помогайте! – вопила толстуха. – Опаздываю! Уволят! Лапсик, потеряю работу, сяду тебе на шею!

Эта угроза заставила Гаврилыча действовать. Втроем они облазали всю комнату, но блузку так и не нашли.

– Кто-то ее спер! Витька этот твой и притырил! Для своей кикиморы уволок!

Но Гаврилыч ударил себя в грудь кулаком и заявил, что не позволит оскорблять своего друга. Они еще немного поругались, а потом тетка отправила Диму призанять у кого-нибудь из соседок блузку до вечера.

Подходящая одежка нашлась у доброй тети Гали, которая каждый месяц прибавляла по килограммчику к своим двумстам уже имеющимся. У нее в запасе было полно одежды, из которой она выросла, но которую не выкидывала, надеясь со временем вернуться к прежним своим излюбленным ста двадцати килограммам. Блузка была подруге Гаврилыча немного свободна, но это было даже хорошо. И Гаврилычу милостиво позволили блузку не приобретать.

– Но новая юбка и колготки с тебя!

Тетка убежала. А за ней следом удалился и Дима. Но если он думал, что уж теперь-то попадет к себе в комнату, не тут-то было. Едва он достиг дверей кухни, как оттуда выглянули соседки и привлекли Диму для дегустации супа-харчо.

– Садись, Димочка. Будешь пробу снимать.

Думая, что дело ограничится одним половничком, Дима не стал спорить. Но перед ним поставили большую пиалу, в которой плавал солидных размеров кусок баранины.

Мясо было жирным. Суп густым. Запах от него шел потрясающий. Сами соседки были молодыми и привлекательными. Так что Дима с удовольствием взялся снять пробу с их стряпни.

Пока ел, соседки засыпали его новостями о своей личной жизни. Они единственные были в квартире новенькими, снимали комнату у тети Гали. Но так как сама тетя Галя тоже жила в комнате напротив, то она взяла над жиличками шефство и стала им то ли матушкой, то ли тетушкой, то ли кем-то средним.