Любовь и ежики

Почему ты почти два часа не подходила к телефону?

– Я же тебе объясняла, я была в магазине, а телефон…

– Это я уже слышал! – взорвался Павел. – Здравствуй, Инна.

И с этими словами, не вдаваясь в дальнейшую дискуссию, он запихнул Юльку в свою машину и захлопнул дверцу. «Форд» укатил прочь, увозя Юльку и Павла к ним домой. Инна смотрела им вслед, чувствуя, как сердце сжимается от тревоги за подругу. Сейчас Павел не выглядел таким респектабельным, как при их прошлых встречах. Он был очень зол. Инна даже сказала бы, что очень, очень зол.

Волосы у него растрепались, губы дрожали, а руки тряслись. Инне показалось, что он едва сдерживается, чтобы не ударить Юльку.

– И все лишь потому, что Юлька два часа не подходила к телефону? Типичный психопат! – задумалась Инна и тоскливо добавила: – Ой, что будет, если он узнает, что мы с Юлькой уже столько негатива против него накопали?!

Но долго тосковать было не в привычках Инны. Ее натура, если уж взялась за дело, требовала активных действий. Оглядевшись по сторонам и поняв, что в офисе Юли ей делать совершенно нечего, Инна решила проехаться по двум оставшимся кладбищам и попытаться там выяснить адреса двух первых жен Павла.

Начать она решила с первой жены – Сони, а потому отправилась на Пороховское кладбище.

Тем временем Бритый сидел у себя в офисе и тоже, как и Паша, совершенно не мог заниматься делами. Из головы не лезла Инна.

– Черт меня дернул на ней жениться! – в сотый раз повторил Бритый. – Может быть, она меня приворожила? Не идет из головы, и все тут!

Он прислушался к своим ощущениям.

Нет, вроде бы все нормально. Приворотом и не пахло. Ему просто нужна была его Инна. Он любил ее, он хотел ее, он желал, чтобы она была в этот момент у них дома и ждала бы его. Или не дома, но все равно он должен был знать, где она и что с ней. И это было даже не просто желание, а настойчивая необходимость. Бритый не мог нормально функционировать, не зная, что именно сейчас делает его обожаемая супруга.

– И никакой я не псих, – заверил самого себя Бритый.

 – И не ревную я. Просто беспокоюсь. И у меня есть для этого все основания.

Тут к нему в кабинет заглянул его друг и партнер Крученый.

– Ведь эту стерву если оставишь одну без присмотра дольше чем на час, она обязательно влезет в какую-нибудь историю, – подняв голову, сообщил Бритый Крученому без всяких предисловий.

Тот был полностью в курсе переживаний друга, поэтому моментально врубился в тему.

– Снова о своей Инке печешься, – сказал он.