Место встречи посещать нельзя

Фима тоже не отрывала брата от его занятия. Так они и сидели на лавочке возле кладбищенских ворот, ожидая, когда им перезвонит Саша и скажет, в каком направлении им двигаться дальше.

Сашу они оба немного знали, он им обещал, что не задержится, но что-то задерживался.

В ожидании его звонка дети развлекали себя каждый как мог. Олег следил в своей игре за битвой между рыцарями и вампирами, а Фима наблюдала за подъезжающими к воротам кладбища машинами и выходящими из них людьми.

Фима была фантазерка. Ей нравилось додумывать за людей, их жизнь, привычки, устремления.

Вот и сейчас из небольшого автомобильчика отечественной сборки вышла супружеская парочка. Он в кургузой курточке, она в видавшем виды пуховике. В руках веники, грабельки, бутылки с водой и чистящим средством. Сразу видно, люди бывалые и опытные, знают, как подойти к вопросу посещения кладбищ.

Фима тут же вообразила себе всю их жизнь. Она работает где-нибудь в магазине продавщицей, а он трудится где-нибудь на заводе.

Скорее всего, у них уже есть дети – один или два ребенка, никаких особых проблем у этих людей нет, впрочем, как и радостей.

А вот за ними припарковался совсем другой автомобиль. Большой, сверкающий лаком белоснежный внедорожник, за рулем была молодая женщина.

Фима мечтательно вздохнула. Вот бы ей тоже когда-нибудь стать такой ослепительной красоткой! Но вряд ли у нее это получится, такими не становятся, такими рождаются. Куда там Фиме с ее маленькими глазками и носиком-пуговкой до такой модели.

Но мечтать никто не запрещает, и Фима жадно следила за понравившейся ей женщиной.

Та подошла к торговкам и быстро выбрала нужный ей букет. Это снова были незабудки. Голубые незабудки. И Фима насторожилась.

– Возьмите беленькие, – предложила торговка. – Смотрите, какие нарядные.

– Нет, мне только голубые!

Женщина заплатила, отказалась взять сдачу и скрылась за воротами.

– Я сейчас!

Фима вскочила со скамейки, но Олег даже не обратил на это внимания.

Он был слишком поглощен своей игрой, чтобы следить еще и за младшей сестрой. Фима его понимала, куда ей в плане привлекательности до рыцарей, не говоря уж про вампиров.

Привлекшая ее внимание женщина двигалась по центральной аллее. И когда она остановилась возле знакомой Фиме оградки, перед покосившимся крестом на могиле деда Степана, сердце у девушки радостно дрогнуло. А уж когда незнакомка открыла ограду и шагнула внутрь, то радости Фимы не было предела.