Место встречи посещать нельзя

– Разве что тортик купите! – крикнула им напоследок Леночка. – Бедный Степочка, он обожал сладкое!

И она побежала в автобус, откуда ей давно уже нетерпеливо махали руками другие актеры.

– А документы? – спохватилась Фима. – Документы на могилу Степана у вас?

– Нет, все документы остались у мамы с папой.

– Они же умерли.

– Да? – казалось, Леночка была удивлена, но тут же спохватилась: – Действительно, вы правы, детки, они умерли.

– А бумаги-то? Вы их сберегли?

– Я даже не знаю, – растерялась Леночка.

 – Наверное, сейчас все документы папы с мамой у Светланы, если она их еще не выкинула.

Светлана Быкова, которой родители Леночки завещали свое имущество. С ней ребятам тоже нужно было повидаться!

– А как нам найти Светлану?

– Она работает в нашей ведомственной поликлинике! Массажистка! Идите прямо сейчас к ней. Я позвоню и предупрежу Светочку!

И двери автобуса захлопнулись, отрезая Лукошкину от внешнего мира.

Теперь актриса могла общаться со своими юными друзьями только с помощью жестов и мимики.

Она улыбалась им, посылала воздушные поцелуи, а про то, что обещала позвонить Светлане, явно забыла. Но зато под конец Леночка нарисовала в воздухе странный знак, крест с полукружьем над ним. После чего помахала им ручкой и села на свое место, тут же окончательно забыв про детей и заведя оживленный разговор со своим соседом, седоволосым дедушкой очень благородной наружности.

Оставшись одни, брат с сестрой переглянулись.

– Пойдем к этой Светлане?

– Наверное.

Лукошкина не слишком-то нам помогла.

По дороге к поликлинике, которая обслуживала Дом ветеранов сцены, ребята смогли обсудить встречу с сестрой Степана.

– Мне одному показалось или с головой у этой артистки что-то не так? Она то и дело ошибалась, когда рассказывала нам о своем брате. Конфет и других сладостей Степан на дух не переносил, любил селедку с молоками. И даже насчет того, как погиб ее брат, она все перепутала.

– Не брат он ей был, ты же слышал.

– Она и это могла перепутать. Похоже, от возраста или других причин в голове у тетеньки полный кавардак.

– Она творческая личность, – заступилась Фима за Лукошкину. – Она сейчас вся в своем сценическом образе. И вообще, к людям творческих профессий нельзя подходить с обычной меркой. Может, она всегда была не совсем от мира сего, поэтому и стала артисткой, а не учительницей музыки, как мечтали ее родители.

– Это кто тебе сказал?

– Наша бабушка.