Мираж в обручальном кольце

– Хорошо, если тебе тут нравится, – согласилась я.

– Но тут нет постельного белья, – заметила Катька.

– Белье в стенном шкафу, – сказала Лара. – То есть я думаю, что оно должно быть там.

Белье там действительно было. Хотя стенной шкаф лично я так не сразу и заметила бы. Он был искусно замаскирован и оклеен теми же самыми обоями.

– Идите к себе, – сказала нам Лара. – Не надо обо мне беспокоиться. Ничего со мной не случится. Видите, тут есть защелка.

И она указала на дверь. На двери и в самом деле на уровне наших глаз была приделана защелка.

– Тогда спокойной ночи, – растерянно сказали мы и вышли.

Дверь за нами тут же захлопнулась, и мгновение спустя щелкнула защелка.

– Отлично, Лара в безопасности, – сказала я. – Слушай, а что ты думаешь по поводу этого Сениного разговора?

Но обсудить, что мы подумали, не удалось, потому что в этот момент из своей комнаты вышел Сеня с телефонной трубкой в руке.

– Телефон нужен? – хмуро осведомился он у нас. – Родных предупредите, что застряли тут надолго.

– Наши мамы уже давно за нас не беспокоятся, – сказала Катька.

– А зря, – проворчал Сеня.

– В каком смысле? – спросила Катюха.

– В таком, что в доме убийца. Так что лучше бы вам предупредить ваших близких, чтобы знали, где вас искать.

– Спасибо, нашим близким обещали позвонить следователи, – сказала Катька.

– А если насчет остального, так нам ведь завтра не нужно на работу, – выпалила я. – В отличие от вас.

Выпалила и сама испугалась. Сенино лицо приобрело совсем уж мрачный вид.

– Пойду выпью, – сказал он. – Хотите присоединиться?

Мы не отказались и втроем спустились вниз. К этому времени следственная бригада, окончив работу, уже покинула дом, оставив лишь двух дежурных. Не спрашивая, Сеня налил всем нам граммов по сто водки. И свою рюмку он выпил одним махом. После этого подумал, прислушался к своим ощущениям и выпил еще столько же.

– А вы чего не пьете? – спросил он у нас. – Нужно помянуть Вальку.

Мы кивнули и выразили готовность помянуть нашего хозяина.

– Чтобы гореть ему в аду, – торжественно провозгласил Сеня и выпил третьи сто граммов.

От неожиданности мы с Катькой поперхнулись. И долго кашляли. Сеня наблюдал за нами своими блестящими глазами, похожими на зрелые маслины.

– Удивляетесь, что я друга такими тостами на тот свет провожаю? – спросил он у нас. – Только никакой он мне не друг был.

– Как не друг? – удивились мы. – Вы же все с одной институтской скамьи. Нам об этом все твердят.