Много шума и... ничего

 – Видимо, они столковались и сделка состоялась.

– Странное место эти душегубы себе выбрали, – совсем не к месту заметил Вася. – Я всегда думал, что убийцы ошиваются в более романтичных местах, а не среди разбитых машин. Как думаешь, зачем им столько «Волг»?

– Для маскировки, – уверенно заявила я.

– А почему именно «Волга»? Смотри, сколько их здесь. Раз, два, три, четыре и еще пятая, за которой ты пряталась.

– Слушай, – рассвирепела я. – Ты что тут, в арифметике практиковаться собираешься? Думай, как нам разрушить их планы.

– Можно украсть деньги, что им передал Суреныч, – предложил Васька. – Нет денег, нет договора. Вряд ли они будут работать на чистом альтруизме.

– Как украсть? – тоскливо промямлила я. – Ты бы видел, как тот жирный в них вцепился. Он прямо-таки зубами в них впился. Каждую купюру пересчитал и обнюхал.

– Понятно, почему у него такой нос, – задумчиво произнес Васька. – И много там было купюр?

– Пятнадцать бумажек, а какого достоинства, я не разглядела.

– Бумажки скорей всего по сто долларов.

Такие деньги и я бы стал тщательно прятать, – признался Васька. – К тому же эти типы не производят впечатление богатеев. Тогда можно просто за ними проследить. Не будут же они нас убивать, если мы все время будем скрываться позади них. Они про нас даже не узнают, то есть в идеале не должны про нас узнать.

– Таскаться за ними по всему городу? – ужаснулась я. – И как ты себе это представляешь? Они загружаются в машину и едут, а мы бодрой рысцой трусим следом, старательно делая вид, что нам до них нет никакого дела?

– А наши фотографии Суреныч им показывал? – внезапно спросил Васька.

– А откуда они у него? – удивилась я.

– Выкрал, – пояснил мне братец. – Когда забирался к нам, чтобы сломать будильник, то заодно и фотографии украл.

Я молча поразилась коварству Суреныча и проницательности моего брата. Видимо, пребывание в их обществе плохо сказалось на моих умственных способностях.

– Фотографий я у него не видела, – осмелилась я утверждать, но Вася развеял мои сомнения, разъяснив, что я просто не успела их увидеть.

Но тут я вспомнила, как перед самым нашим отъездом бабушка кричала мне с другого конца комнаты: «Ты фотоаппарат взяла?», а я в это время тщетно пыталась закрыть пузатый чемодан, который набила так, что он готов был лопнуть. «Взяла!» – огрызнулась я, отказываясь от борьбы. И, заглянув внутрь чемодана, сразу же обнаружила, что причиной его саботажа был толстый семейный альбом.