Наследница английских лордов. Любовник от бога

Калеш приходил к Стефану. Сговаривался с ними. А затем почему-то взял и перестрелял своих сообщников. Зачем? Почему? Совершенно непонятно. То ли не хотел делиться выкупом. То ли просто психанул. То ли действовал по каким-то одному ему ведомым резонам.

Кроме оружия и фальшивых документов, в логове Калеша было найдено несколько готовых взрывных устройств и килограмм тротила. Не так уж и много, но вполне достаточно для нескольких взрывов. Итак, полиция нашла, чем занять себя в жилище Калеша. Тут для них нашлось много интересного.

Куда больше, чем в номере и в квартире у Николая. Или в тумбочке в общежитии у Стефана.

В отличие от них, Калеш был настоящим преступником. Маститым. Со стажем и опытом. Он имел оружие, фальшивые документы и взрывчатку. Но вот самого главного – за этим полиция, собственно, и нагрянула в жилище Калеша – полицейским обнаружить не удалось. Марго в логове преступников не оказалось. Даже следов пребывания девушки в этом унылом жилище с голыми стенами дотошным австрийским полицейским, несмотря на все их старания, обнаружить не удалось.

– В этой квартире ни одна женщина не появлялась уже лет пять, – решительно заявил Густав. – Разве что зашла, постояла, ни к чему не прикасаясь, и так же скромно вышла.

Но ведь Калеш должен был продержать Марго у себя в плену несколько дней. Он должен был кормить, поить и ухаживать за своей пленницей, чтобы вернуть ее отцу в приличном состоянии. Во всяком случае, прежде Калеш всегда хорошо относился к своим пленникам, берег их и лелеял.

А после получения выкупа почти всегда держал слово и возвращал пленников живыми. А если и убивал, то не изводил их голодом и жаждой, а просто пускал им пулю в голову.

– Не понимаю, что тут произошло, – развел руками Роберт. – Я специально наводил справки об этом человеке. Калеш очень предан исламу. Но к своим пленникам, будь они христианами или иудеями, он всегда относился гуманно. Давал им воду, еду и выполнял элементарные гигиенические требования.

Кроме того, он никогда не связывался с женщинами.

– Прежде среди его пленников женщин не было?

– Никогда. А если группа, в состав которой входил и Калеш, похищала или захватывала женщин, то ими занимались женщины-мусульманки. Сам Калеш никогда не осквернял своих рук прикосновением к чужой женщине.

– Какой щепетильный, – неодобрительно пробормотала Кира, размышляя, хотела бы она или нет, чтобы ее похититель притрагивался к ней.