Неделя из семи пятниц

Впрочем, как выяснилось, деньги для девушек не представляли собой проблемы. Инна активировала еще одну карту и сняла со счета около пятидесяти тысяч рублей.

– Личные плоды нескольких лет накоплений! – сказала она, смачно поцеловав кредитку. – В конце концов, должна же я получить с Бритого хоть какую-то компенсацию за моральный ущерб, который он мне нанес?

И подруги отправились в гостиницу аэропорта. Если бы их спросили, чем она отличается от любой другой и почему людям Старика не могло прийти в голову поискать там подруг, они бы ничего не ответили.

Просто им казалось, что черноволосый проныра не будет искать их в гостинице аэропорта. И они оказались правы. Никто их покоя не потревожил до тех пор, пока в двенадцать дня подруг не разбудил телефонный звонок.

– Ваш самолет отлетает через два часа, – сообщила им телефонистка. – Вам пора пройти регистрацию.

Снявшая трубку Юля заметалась по комнате, собирая вещи. Впрочем, как оказалось, складывать было особо нечего. Со сборами Юлька покончила в пять минут.

Сложней было растолкать Инну, объяснить ей, что пора вставать, и вытащить в конце концов из постели.

– Ну, еще полчасика, – сонно бормотала Инна.

– Какие полчасика! – кричала Юлька, размахивая руками. – Самолет тебя дожидаться не станет!

– Самолет? – сонно осведомилась Инна. – Разве мы куда-то летим?

Терпение у Юльки истощилось. Она сбегала за холодной водой и вылила на подругу целый кувшин.

– Б-р-р! – мигом проснулась Инна. – Что это было?

– Вставай, нам пора на наш рейс, – сказала Юлька.

– Голова болит, – пожаловалась Инна. – И во рту словно кошки нагадили. Ты не помнишь, что я вчера такое пила?

– Легче сказать, чего ты не пила, – сердито ответила Юля. – Белое вино ты точно НЕ пила. И скажи, мне просто любопытно, чем оно так перед тобой провинилось, что ты его не попробовала?

– Не знаю, – недоуменно пожала плечами Инна. – А что, я очень здорово вчера нализалась?

Юлька только возмущенно фыркнула.

– Ты устроила пьяный дебош сразу в двух местах, – сказала она. – Ты пыталась набить морду охраннику, ты лезла целоваться к мраморной статуе какого-то обнаженного греческого бога, и ты ущипнула за задницу какую-то тетку, приняв ее за Аллу Пугачеву.

– Ничего такого не помню. Все ты придумываешь, чтобы меня поддразнить.

Юлька от негодования лишилась дара речи.

– Мы вроде бы вчера играли, – пробормотала Инна, воспользовавшись паузой в разговоре.