Нимфа с большими понтами

– Врач всегда может определить, рожала женщина или нет, – принялся объяснять ей Рома. – А уж женщину, которая родила недавно, и подавно узнает. Поэтому он и удивился, услышав ваши слова про грудного младенца вашей сестры. И мне сказал, что дело очень странное.

– Странное, – эхом откликнулась Кира, в голове которой пронеслись самые чудовищные мысли о том, откуда у Фёклы взялся младенец.

Стоит вспомнить, в каком виде явилась к ней Фёкла. Да еще эта ссадина на щеке. С боем она младенца отнимала, что ли? И у кого? Ой, какой ужас!

– Вот я и говорю, может быть, ваша сестра младенца просто усыновила? – донесся до слуха девушки голос следователя.

Кира молча покачала головой.

– Не знаю, мне она говорила, что не кормит его грудью, потому что молоко у нее перегорело, – прошептала она. – Что же? Врала, выходит? И этого младенца не она рожала?

Следователь кивнул.

– И поэтому мне очень интересно было бы узнать, что еще утаила от вас ваша сестра.

Ошеломленная всеми свалившимися на ее голову новостями, Кира растерялась.

Она посмотрела на Рому. И неожиданно для самой себя выложила ему все, что сама знала о Фёкле. Рассказ получился неожиданно связным и детальным. Кира даже не забыла упомянуть о письмах, которые, собственно, и заставили ее поверить в то, что приехавшая к ней женщина и в самом деле ее сестра по матери.

– Это мы проверим, – кивнул головой Рома. – В любом случае спасибо вам. Теперь мы владеем о погибшей хоть какой-то информацией. Так что можно начинать работать.

По его виду было заметно, что он горит и рвется начать расследование. К самой Кире он совершенно потерял интерес. Это девушка отметила с ноткой печали. Похоже, Рома был из породы трудоголиков, для которых нет ничего важней и интересней их работы. Только ею они и живут, и дышат. Никакая девушка им не нужна. Если только она не преступница и ее не надо изловить, изобличить и засадить за решетку.

– Пожалуйста, – как можно холодней произнесла в ответ Кира. – Рада была помочь вашему следствию.

Но Рома даже внимания не обратил на ее холодность. Ему уже не терпелось бежать и начинать расследовать это дело. Впрочем, он предложил подбросить Киру до дома. Кира не отказалась, рассудив, что с паршивой овцы хоть шерсти клок.

– Скажите, – спросила у него по дороге Кира, – а что, ту машину, которая сбила мою сестру, никто из людей, находящихся в этот момент возле аптеки, не видел?

– Как же, – вздохнул Рома. – Видели.