Нимфа с большими понтами

Отдыхай сколько хочешь. А тут – здрасьте! Самая работа, а она в отпуск!

– А зачем же вы к ней домой ходили, если она заявление об отпуске оставила? – удивилась Леся.

– Да что это заявление? – воскликнула воспитательница, которая была, на взгляд подруг, излишне эмоциональной личностью. – Без подписи заведующей – филькина грамота! А заведующая наотрез отказалась его подписывать.

– Почему?

– Говорят вам, лето на дворе! Кто в такую пору нянечкой в детский садик за грошовую зарплату пойдет? Заведующая так и сказала, если у Фёклы какие-то семейные обстоятельства, как она в заявлении изложила, то выясните.

И поспособствуйте их скорейшему решению. И вообще, выясните, что она там себе думает дальше делать. Потому что у нас в садике и так дефицит нянечек. А если Фёкла совсем уволится, тогда полный караул!

Кира с Лесей задумались. Фёкла ушла со своей работы в яслях две недели назад. Не может быть, чтобы за это время воспитатели не заметили пропажу одного ребенка. Но спросить все же стоило.

На всякий случай.

– Что?! – изумленно вытаращила свои и без того выпуклые глаза воспитательница.

За увеличивающими линзами очков они у нее становились просто огромными. И зрелище было жутковатое. Во всяком случае, подруги струхнули. А что уж там говорить про маленьких детишек? Но вроде бы их это не пугало. Вздрагивали от ее постоянных истеричных воплей и визгливых окриков лишь подруги. А детишки носились вокруг, не обращая ни малейшего внимания на крики.

– Что вы такое сказали? – продолжала голосить воспитательница.

 – Ребенок пропал?! У нас?!

– Мы не говорим, что у вас, – пыталась вразумить ее Кира. – Просто Фёкла появилась у нас с ребенком на руках. А так как у нее самой детей никогда не было, то мы…

– Как выглядел ребенок? – деловито поинтересовалась другая воспитательница, которая подошла на шум.

Подруги описали.

– Одежда меня не интересует! – отрезала эта мегера. – Одежду можно поменять за пять минут. Какого возраста был ребенок?

Кира напряглась.

Что ей говорили об этом в аптеке? Кажется, там женщины сошлись во мнении, что ребенку от силы месяца четыре.

– Нет, – покачала головой вторая воспитательница. – Таких маленьких у нас в данный момент в яслях нет. Самому младшему почти восемь месяцев. И он уже совсем хорошо сидит, стоит и даже пытается ходить вдоль сетки кроватки.

– Тогда это точно другой ребенок, – вздохнула Леся. – Тот даже сидеть еще не умел. Только ногами дрыгал.