Время назад. Часовщик

Пытаясь хоть как-то исправить ситуацию, чабан начал лихорадочно отстреливаться. Еще трое зверей упали и задергались в последнем предсмертном танце. Но остальные члены стаи сжимали кольцо вокруг человека все уже и уже… Вот до ближайшего противника осталось расстояние не больше прыжка. Один из зверей сжался, как пружина, и прыгнул. Бейшен выстрелил, уже в прыжке поразив противника картечью. Тот упал прямо под ноги человеку. Старый чабан увидел оскаленную пасть и угасающий, полный ненависти взгляд желтоватых с красным глаз.

Он вытащил горячую гильзу и хотел перезарядиться, но тут вдруг плечо обожгла резкая боль. Это сзади подкрался и напал еще один серый хищник. Сразу же за ним, почувствовав, что жертва беззащитна, в человека вцепились еще двое. Они рвали в клочья старую одежду, подбираясь все ближе к горлу. Наконец, не выдержав боли и веса зверей, Бейшен упал. Последнее, что он увидел, была оскаленная волчья пасть с капающей желтоватой пеной. Потом кончился воздух, и он провалился в крутящуюся воронку. Где-то наверху мигнул и погас свет… Над летней степью садилось оранжевое солнце, за день нагревшее землю до горяча… Шелестела желтеющая трава… Чуть в стороне несла свои воды река. Откуда-то сверху, из-под небес… Из чистых горных ледников. Она давала надежду и жизнь. Она была священной для всего живого… Она была немым свидетелем гибели живого в борьбе за существование по законам и правилам, установленным много тысяч лет назад… Где-то вдалеке раздался протяжный вой…

Глава 3

***

Сгущалась темнота.

Из зарослей прошлогоднего камыша высунулась разлохмаченная волчья морда. Морда поводила в разные стороны чутким носом, после этого показался весь зверь. Матерый вожак. Следом за ним вереницей вышла остальная стая. За вожаком шел совсем молодой волк, почти подросток, дальше – несколько самок с волчатами, по виду еще сосунками. Замыкали цепочку старики-ветераны.

Зима выдалась голодной, поэтому вся стая выглядела не самым лучшим образом: торчащие ребра, линяющая шерсть висела клочьями.

За всю зиму удалось загнать лишь нескольких сайгаков, да изредка попадался случайный заяц. Особенно досталось кормящим самкам: волчата высасывали все, поэтому волчицы едва волочили лапы. Надежда была только на начинавшуюся весну. Кроме этого, надо было начинать обучать подрастающее поколение самостоятельно добывать себе пропитание, ведь закон природы суров – выживает сильнейший… Из норы выглянул и вылез прогуляться в теплых лучах тощий и больной суслик.