Осторожно: карантин!

А если фальшак, то и жалеть его нечего.

– А где кислоту возьмем?

– У меня на кухне есть уксусная кислота, – сказала тетя Рита.

– Уксус не подойдет. Он слишком слабый.

– Верно, в кулинарии используют чаще всего девятипроцентный раствор уксусной кислоты. Есть еще в продаже семидесятипроцентная уксусная эссенция. Но у меня припрятана именно уксусная кислота, она еще более концентрированная. Думаю, что подойдет.

– Зачем она у тебя?

– Как-то купила в Турции по случаю цепочку, потом засомневалась, вот и попросила подругу, она химик, раздобыть мне немножко серной кислоты.

Серной она мне не принесла, дала уксусную, сказала, что сработает ничуть не хуже. Чтобы понять, золотая цепочка или просто позолоченная, я по совету ювелира немножко поцарапала цепочку, потом на царапину капнула кислотой и в лупу посмотрела. Никакой реакции не пошло, значит, золото! Тут с монетой надо сделать то же самое.

Тетя Рита говорила так уверенно, что ей почти всех удалось убедить. Неожиданно против восстал один лишь дядя Петя.

– Не позволю я монету царапать! Ишь, чего придумали! А если монета настоящая? Это же все! Царапина на монете – это минус треть цены! А то и половина! Прекрасно помню, как отец говорил, что монета в безупречном состоянии и та же самая монета, но потертая или с царапинами – это две большие разницы.

– Никто не собирается царапать монету на видном месте.

– А у монеты все места видные! – отстаивал свою позицию дядя Петя. – Это тебе не цепочка, спрятал царапанное место под воротник, и порядок.

Когда монету на аукцион несут, ее там со всех сторон под микроскопом рассматривают.

Услышав про микроскоп, дядя Витя неожиданно встрепенулся:

– Как ты сказал?

– Говорю, что перед продажей монету эксперты разглядывают под микроскопом.

Теперь дядя Витя взглянул на свою жену:

– Рита! Микроскоп!

Женщина какое-то время непонимающе смотрела на него, потом всплеснула руками:

– В самом деле! Как мы могли с тобой забыть!

И повернувшись к племяннице, ласково произнесла:

– Полиночка, солнышко ты наше, отличница ты наша любимая, умница-разумница.

Ты же не возражаешь, если мы с дядей Витей подарим тебе твой подарок к окончанию учебного года немножко раньше… Например, прямо сейчас?

Ясное дело, что Полина не возражала. Да и кто стал бы возражать на ее месте? Она захлопала в ладоши, а тетя Рита сбегала куда-то и вернулась назад, неся в руках довольно увесистую коробку.

– Тетечка! – взвизгнула Полина.