Призраки нехорошей квартиры

За все время, проведенное в «Квестляндии», она ни разу не вспомнила своего Валеру.

Дома Фиму поджидала тетушка Римма, которая вообще-то приходилась Фиме двоюродной бабушкой. Но так как мама всегда звала ее тетушкой, то и дети тоже звали старушку тетушкой, а та и не возражала. Старушка она была резвая и веселая, обожала читать детективы, и всюду ей чудились злодеи и преступники.

Вот и сегодня она встретила племянницу громким возгласом:

– Что я тебе скажу! Банкира похитили! У нас в городе! Только что стало известно!

Фиму очень слабо интересовали все эти великосветские разборки банкиров и криминала.

Но тетушка пребывала в страшном волнении и не отцеплялась:

– Ладно бы просто банкир, а то еще и красавец мужчина! А красивый и одновременно богатый по нашим временам – это редкость. Такими разбрасываться – грех!

Фима пошла мыть руки. С них текла непонятная коричневатая грязь. Потом Фима обнаружила на своей рубашке какие-то бурые пятна.

– Откуда бы им тут взяться?

Но потом Фима вспомнила, как они поднимали Веронику и как Фима при этом вляпалась рукой в какую-то липкую субстанцию, которую и вытерла о свою рубашку.

– Этого мне только не хватало! Испортить такую вещь!

Рубашка была новая и к тому же дорогая. И ладно бы только это, но она еще и очень нравилась Фиме. Когда она ее надевала, то становилась неотличимо похожа на Уму Турман, а это чего-нибудь да и стоит.

С такой рубашкой невозможно было просто так взять и расстаться, поэтому Фима предприняла все меры к ее спасению.

К сожалению, пятна не желали отстирываться. Нет, конечно, под действием моющих средств и горячей воды они слегка побледнели и поблекли, но полностью не желали выводиться.

– Вот беда!

Фима насыпала отбеливатель, полила бензином, нашатырным спиртом и под конец полила перекисью. К ее удивлению, именно на перекись пятна дали реакцию. Самое большое пятно зашипело, пошло пеной и стало ясно, что хорошая стирка на пределе возможной температуры довершит победу над ним.

– Ну хоть с этим разобрались! – с облегчением выдохнула Фима и включила стиралку.

Но когда Фима вышла из ванной, то обнаружила, что тетушка по-прежнему переживает из-за своего банкира. Это Фиму изумило. Так долго останавливаться на одной мысли было для старушки нехарактерно. Память у нее была, словно у рыбки. И если уж тетушка заинтересовалась личностью пропавшего банкира, значит, он и впрямь представлял из себя нечто неординарное.

– Ну, показывай мне своего кумира.